Чтобы подкрепить слова делом, он активировал простейший огненные чары. Вокруг руки заплясали алые языки пламени… но, судя по всему, ублюдков они совершенно не впечатлили. Вожак шайки лишь еще шире улыбнулся и хотел, было, что-то сказать… Как вдруг его насмешливый взгляд заледенел.

А когда уже Саня подумал, что без качественной прожарки парочки бедолаг не обойтись, он вдруг сказал:

— Хорошо.

Удивительная дальновидность.

Здоровяк кликнул грязного паренька и тот, получив мелкую монетку, потащил землянина в хитросплетения улочек Поляны Гуляра.

Идти оказалось недалеко. Только они вышли из полуразрушенного амфитеатра, прошли пару узких улочек и почти сразу оказались перед небольшим одноэтажным домом с верандой и разухабистыми желтыми цветами у стен. У входа сидел толстяк и будто бы спал. Но это было обманчивое впечатление. Этот хрен был просто увешан различными амулетами. Защитные, ускоряющие, подпитывающие… боевые чары висели на нем гроздьями. Нет, толстяк не был магом, но пользоваться заранее заготовленными амулетами мог и подозреваю, что умел.

— Здарова, Хеко, — бросил мальчуган.

Толстяк приоткрыл один глаз, кивнул, и мы прошли внутрь.

— Услугу? Опять?

— То, о чем я тебя попрошу, будет выгодно нам обоим.

Саня хмыкнул.

— Ты всегда так говоришь.

— Но разве я вру?

— Не знаю… Что тебе нужно?

— Видишь ли, «Отбор» очень гибкая система. Она вбирает в себя все, до чего способна дотянуться и снисходительно относится к различным мухлеваниям. Тот, кто ее сделал, не стремился выявить самого сильного, Система должна выявить самого гибкого. Того, кто сможет прогибать правила под себя. На Трон должен сесть тот, кто сможет продолжить дело Великого Дутура лучше, чем он сам.

— И?

— Скоро «Отбор» перейдет на следующий этап. Дети Дутура получат новые возможности и новые силы… Но… не только они. Мы немножко смухлюем и тоже урвем кусок. Разве ты против? Хе-хе…

В небольшой комнатке, едва освещенной робкими лучиками света, с трудом пробиравшимися сквозь занавеску, сидел старик. Он сгорбился на низкой скамье, как нахохлившийся воробушек. Усыпанная пигментными пятнами голова покоилась на сложенных на трости руках. Прикрыв веки, старик внимательно слушал паренька лет десяти, что звонким хорошо поставленным голосом декларировал что-то о любви.

Низко пригнувшись, Саня зашел в комнатку. Хозяин сонно приоткрыл один глаз и паренек тут же оборвал строфу на полуслове.

— Приветствую, — слегка склонил голову землянин. Этот хрен был уважаемым хреном в этом городе, да и не только в нем.

Но старик молча продолжал глазеть на него одним глазом. В этом взгляде не было ни глубины, ни мыслей. Саня даже засомневался, точно ли по адресу он явился. Аура старика не отличалась от ауры обычного доходяги. Если он и был когда-то магом, то время уже давно выжгло все его силы.