С минуту Каур молчал и с любопытством меня разглядывал. Я тоже поглазел на него некоторое время, а затем перевел взгляд на обстановку.

Мы находились в небольшой комнате. Пол из металла, стены из пластиковых панелей нейтрального бежевого цвета, под потолком горят тусклые люминесцентные лампы. Довольно утилитарное убранство… и технологичное. Оно резко контрастировала с камнем Дыры.

— Ну и? — наконец рыкнул я, на всякий случай добавив агрессию в голос.

Каур встрепенулся, словно очнувшись ото сна, сморгнул тонкими веками и слегка кивнул.

— Мое почтение, Агрбадан. Четыреста Первый, — сказал он приятным музыкальным тенорком.

— Почему четыреста первый? — не понял я странного наименования.

— Я — Четыреста Первый. Директор Цитадели.

— Это которая здесь всем…

— Да. Управляющего Центра системы «Отбор».

Твою же мать. Вечер перестал быть томным. Я посмотрел на каура другими глазами. Это не просто один из синюшных уродов, это самый главный синюшный урод на всей планете! Игрок, масштаба… даже не знаю, какого масштаба!

— Польщен. И как я здесь очутился? Окочурившийся Наставник — это ведь твоих рук дело?

— Да. Я послал НПЦ, чтобы он выдал задание, что телепортирует тебя ко мне.

— Зачем такие сложности?

— Чем меньше факторов выбивается из фона, тем меньше шанс обнаружения.

— А то, что я портанулся хрен знает куда, что, никто не найдет?

— Никто не будет искать вручную. А контролирующий алгоритм не заметит ничего выбивающегося из стандартных событий. Просто еще одно НПЦ и еще одно задание.

Бл*дь, я вспомнил ужас, стоящий в глазах Наставника. «Еще один НПЦ»… Эти ублюдки играют судьбами, как с бисером. Каур вроде бы что-то хотел сказать, но я его опередил.

— А почему именно Наставник?

Он потупился, словно не понимая, зачем я столько времени уделяю столь несущественному факту.

— Один из резервных НПЦ, что не вошел в итоговую сборку.

— Хорошо. С этим разобрались. Какого хрена тебе от меня надо?

Каур замялся и совершенно человеческим жестом хрустнул пальцами. Нервничает? Что вообще происходит? Я уже знал, что немного помухлевать с правилами «Отбора» возможно. Но допустить настолько явное вмешательство? Ясно одно — мое нахождение здесь, отнюдь не рядовая ситуация. Если этот хрен решился на такое явное нарушение правил, он имеет на это очень веские причины.

А когда кому-то от меня что-то надо, то что я делаю? Хе-хе… Я потираю руки!

— Мне нужна помощь, — наконец сказал он дрогнувшим голосом, и я копчиком ощутил, как нелегко дались эти слова этому привыкшему повелевать существу.

Ха! Значит, я прав!

— Что ж, слушаю.