— Ты в самом деле считаешь, что если бы мне было, что скрывать, я оставлял бы свой мобильник в свободном доступе? — задаю прямой вопрос.

— Я ничего не считаю, Уваров. Это твоя жизнь, и ты имеешь право встречаться и общаться с тем, с кем пожелаешь, — выдает моя бывшая жена. — Мы с тобой только родители Алисы. Не более.

— Я общаюсь с Лизой по работе, — произношу спокойно. — Кроме компании, которую мы совместными усилиями поднимаем с колен, у меня есть еще несколько сфер в бизнесе. Ника, тебе отлично известно, что с компанией Лизы я сотрудничаю давно.

— Надеюсь, сотрудничество плодотворное, — язвительно произносит Ника, вставая с качели. — Я тебе еще раз повторю, Саша, это твоя жизнь, и спать ты имеешь право, с кем пожелаешь. Хоть с Лизой, хоть с кем-либо другим.

— Это ревность? — спрашиваю я, преграждая путь бывшей жене. — Ты ревнуешь, моя дорогая бывшая жена.

— Уваров, ты слишком много на себя берешь, — фыркает она.

— Нет, — отрицательно качаю головой. — Ты для меня как открытая книга.

— Ошибаешься, — нервно усмехается она, складывая руки перед собой, пытаясь хотя бы так оградиться от меня. — Я тебя не ревную. Мне плевать, с кем ты спишь, и как часто.

— Я здоровый мужчина, Ника! Не монах и не отшельник. Разумеется, за два года у меня были женщины, — я тянусь к ее щеке, пытаясь убрать выбившуюся прядь волос.

— Знаешь, Уваров, — она закатывает глаза, уклоняясь от моей руки. — Другие женщины — это одно, а Лиза, которая так и крутила хвостом около тебя — совсем другое. Ты же все отлично понимаешь.

— Я никогда тебе не изменял. Ни с Лизой, ни с кем-либо другим. Я готов повторить тебе еще сто раз, чтобы ты наконец поверила, Ника, — эмоционально говорю я.

— Зато стоило нам только разойтись, и путь к этой «партнерше», — она нарочно выделяет слово это, — оказался открыт. Не правда ли?

— В тебе говорят старые обиды, — на это раз заставляю себя говорить спокойно. — Ты никак не можешь принять тот факт, что я перед тобой ни в чем не виноват, Ника. Ни в изменах, ни в другом, более серьезном вопросе.

Разумеется, я имею в виду обвинение в покушении на убийство ее отца. Несмотря на наши сложные отношения, я никогда не желал ему ничего плохого. И благодаря грамотным действиям юристов это удалось доказать в кратчайшие сроки, но важно было уехать из страны.

— Хочешь сказать, я виновата в разводе? — Ника смотрит на меня в упор в ожидании ответа.

— Я хочу сказать, Ника, что мы оба должны были повести себя как взрослые люди и поговорить, а не бежать в загс, — быстро произношу я. — Только в этом мы оба виноваты.