Но я была бы не я, если бы такие мелочи, как происки рока, увещевания подруги или угрозы мужа, могли остановить меня.
Конечно, я могла найти не меньше десятка поводов для встречи с Димой по самым невинным рабочим вопросам. Но стоило ли рисковать? Я надеялась, что усыпила бдительность Марка целым месяцем примерного поведения. И не стоило терять рассудок, когда до счастья оставалось два шага. Два невыносимо длинных шага. Или три… Возможно, пять…
В последний день отсутствия супруга я внезапно осознала, что недооценила Марка. Эта мысль просто в какой-то момент пришла в мою непутевую голову и расставила все по местам. С его дотошностью он наверняка заранее просчитал, сколько дел навалится на мои бедные плечи (и приложил ряд усилий, чтобы десятикратно приумножить их число), а потом преспокойно укатил с очередной новой помощницей, будучи полностью уверенным, что при всем моем желании я едва ли выкрою время для любовника. Мне не оставалось ничего, кроме как проклинать мужа и решать одновременно ворох неотложных проблем.
В половине десятого вечера я вышла из офиса усталая и разочарованная. Прогноз погоды обещал грозу только ночью, но уже сейчас все небо заволокло мрачными тучами, и сумерки наступили раньше обычного. Я взмолилась, чтобы разразилась настоящая буря, непременно с градом и ураганным ветром, и вылеты всех на свете самолетов отложили на неопределенное время. Или хотя бы одного – на борту которого пребывал мой ужасно довольный собой муж. Никакого знака, извещающего, что мои молитвы услышаны, я не заметила, поэтому смиренно поплелась к машине. По привычке я окинула беглым взглядом окна офисов нашей компании – их темные проемы насмехались надо мной, как бы говоря, что мои сотрудники уже давным-давно сидят дома, созерцая любимые сериалы, а я, молодая и привлекательная девушка, коротаю вечер в одиночестве.
Но как оказалось, не я – единственная.
Я соотнесла порядковый номер тускло светящегося окна с расположением кабинетов. Мое сердце тревожно ёкнуло.
Чем может заниматься человек на работе в такое время? – в моментально вспыхнувшей подозрительности моей темной стороны явственно прослеживались недавние Янины намеки.
Я резко развернулась и на внезапно потяжелевших ногах снова вошла в здание.
Красться по пустым коридорам – волнующее занятие... если тебе лет пять, и вы играете в прятки со сверстниками. Но мне в двадцать пять было совершенно невесело. Не сказать, что за годы служебного романа подобные прогулки не вошли в привычку, но сегодня даже приглушенный стук моих каблуков нервировал.