Они подождут до конца дня и дадут своим потенциальным подозреваемым время прослушать голосовую почту и перезвонить им. Но если никто этого не сделает, подруги начнут стучаться в двери и требовать ответы – конечно, максимально любезным и вежливым образом.
На следующий день, вскоре после того, как торт был разрезан на куски, а чай разлит (была очередь Сью заваривать чай, и она с вызовом заявила про свое намерение придерживаться собственной техники заваривания чая – обжигать чайные листья кипящей водой, что в результате дает крепкий, пригодный для употребления напиток, пусть и не такой хороший, как у Молли), в дверь ворвался Корзинщик. Для разнообразия он не бросился к торту, отчего Фиона задумалась, все ли с ним в порядке.
– А, хорошо. Я вижу, что вы все здесь, – пророкотал он. – Весьма кстати. – Корзинщик извлек из кармана несколько грязных сложенных листков бумаги и развернул их. – Я подумал, может, вы согласитесь меня послушать? У меня появился новенький материал.
Молли выглядела озадаченной, и Дэйзи склонилась к ней:
– Тревор – стендап-комик.
Корзинщик покраснел.
– Ну я пытаюсь им стать.
– Он хочет участвовать в любительском шоу талантов в Регентском центре, – добавила Дэйзи. – Мы все пойдем на представление. Хотите с нами?
– С удовольствием, если я найду с кем оставить Дину. В каком роде будет стендап?
– Мое амплуа – комедии-наблюдения. Смесь Майкла Макинтайра с Викторией Вуд [31] .
– О, мне нравятся они оба.
– Могу ли я без дальнейших церемоний и проволочек предложить вам капельку веселья?
Молли опять растерялась.
– Он хочет рассказать нам несколько шуток, – пояснила Сью.
– О да, пожалуйста, – с готовностью закивала Молли.
Остальные дамы не кивали, собираясь с силами и готовясь к предстоящему испытанию. Фиона молилась, чтобы на этот раз у Корзинщика все получилось. Ей отчаянно хотелось, чтобы его выступление было хоть капельку смешным. Достаточно неприятно слушать человека, который считает себя забавным, а объяснять такому человеку, почему не смешно – сродни настоящей пытке.
Корзинщик откашлялся, пропустив свой обычный странный ритуал разминки голосовых связок. Он бросил взгляд на листы, затем посмотрел на свою аудиторию.
– Вот хорошая сценка. – Он немножко встряхнулся, пытаясь вжиться в роль. – Почему все стали писать даты наоборот? [32] Давайте возьмем для примера 9.11. Что это за дата? 9.11 – это девятое ноября, а не одиннадцатое сентября. Разве они не знают, что вначале идет день, а потом месяц? В чем дело?
Ничего. Никакой реакции.
– Хорошо, сложная аудитория. Мне это нравится. Вы меня проверяете, да? – Ничуть не смутившись, Корзинщик продолжил выступление. Он пошуршал бумагами в поисках чего-то, что подействует на дам. Его взгляд остановился на подходящей шутке, глаза загорелись, и он захихикал. – Вот это вам понравится. Вы не обращали внимания, что теперь больше никто не говорит: «Чу!»? Это потому, что звучит старомодно, правда? За исключением тех случаев, когда идет дождь. Да, по какой-то странной причине, если льет дождь, то с этого слова стряхивают пыль. «Чу! Какой дождь». Что есть такого в сильных осадках, что вызывает у нас желание изъясняться, как синоптик елизаветинских времен? «Чу! Как льет». Почему только про дождь? Почему никто так не говорит, если срабатывает автомобильная сигнализация или громко работает экскаватор?