— Я вообще умею составлять хорошие планы. На работе без них никак. В выставочном центре все хотят одновременно въехать, повесить, просверлить и спросить, куда исчез их единственный удлинитель.
— Вы художник? — спросила я.
— Нет, администратор. Художники иногда смотрят на меня так, будто я запретила им искусство. А я всего лишь не разрешаю ставить ящики перед запасным выходом.
Она сдвинула тарелку, освобождая мне место. Из сумки у ее ног торчал журнал с загнутым углом страницы.
— Интерьеры? — спросила я, разглядев светлую комнату на обложке.
— Квартиры. Я себе подыскиваю. Небольшую, чтобы одной снимать. Без красоты с картинки, просто с нормальной кухней и окном.
— С хорошей полкой, — сказал Толя.
— Полка тоже важна, — согласилась Власта серьезно. — И чтобы можно было купить уродливую чашку. Захотела — купила. Не объяснять, почему она стоит на виду.
Я посмотрела на нее. Она улыбалась, но пальцем водила по краю тарелки.
— А какая чашка? — спросила я.
— С оранжевым гусем. Представьте, он еще ручкой оборачивается. Совершенно невозможная вещь. Увидела в интернете и второй месяц думаю.
— Два месяца для гуся — это серьезные отношения, — сказал Толя.
Власта впервые рассмеялась в полный голос. Из кухни позвали Эмму, и она ответила откуда-то сверху. Власта прикрыла журнал ладонью, но тут же убрала ее, словно сама заметила этот жест.