Отличное сочетание.
Я до сих пор не понимал, почему он решил, что смена страны и команды каким-то образом исправит мой характер. Скорее, наоборот. Теперь у меня появилось ещё больше причин злиться.
Перехватив сумку, я направился к выходу из раздевалки. За дверью уже слышались голоса, шум коньков и характерный гул ледовой арены.
Однако стоило мне выйти, как я заметил странное скопление людей возле бортика.
Там собралась целая толпа: фигуристки, несколько хоккеистов из нашей команды и даже ребята с соседней площадки. Кто-то стоял, прислонившись к деревянному ограждению, кто-то переговаривался, а большинство уставилось в телефоны.
Судя по оживлённым лицам, произошло что-то интересное.
Я бы прошёл мимо, если бы не заметил на деревянном борту несколько свежих капель крови.
Остановившись, я нахмурился.
— Что здесь происходит?
Никто не ответил.
Один из парней, заметив меня, повернул экран своего телефона в сторону приятеля и что-то сказал ему вполголоса. Я подошёл ближе, пытаясь понять, из-за чего весь этот цирк.
На экране очередной девушки было открыто видео.
Я мельком взглянул на него.
А затем задержал взгляд.
На записи три фигуристки окружили девушку, которая выглядела заметно меньше каждой из них. Хрупкая, невысокая, с длинными волосами, она даже не успела толком среагировать, прежде чем её с силой толкнули в защитное ограждение.
Видео тряслось, кто-то за кадром смеялся, а нападавшие явно не собирались останавливаться.
Я отвернулся от телефона.
Внутри медленно закипала злость.
— Что за хуйня тут произошла?
Несколько человек повернулись ко мне. Один из защитников моей новой команды, стоявший неподалёку, пожал плечами.
— Да они что-то не поделили между собой, вот и решили вопрос мирно, — ухмыльнулся он.
Я медленно перевёл на него взгляд.
— «Мирно» — это когда силы равны, — холодно произнёс я. — А не три на одну, да ещё и со спины. И вы просто стояли? Никто даже не помог ей?
Парень усмехнулся, словно я спросил какую-то глупость.
— Это их разборки. Нахрена нам лезть?
Я несколько секунд смотрел на него, пытаясь понять, действительно ли он не видит ничего неправильного в происходящем.
Потом тяжело выдохнул.
Вот теперь я точно ненавидел эту команду.
В Испании мы тоже не были святыми. Даже близко. Мы дрались, ввязывались в неприятности, устраивали разборки и не раз переходили границы дозволенного. Иногда наши поступки были настолько идиотскими, что я предпочитал не вспоминать о них лишний раз.
Но одно дело — выяснять отношения с человеком, который способен дать тебе отпор.
И совсем другое — толпой набрасываться на девушку, которая даже не успевает защититься.