Вот только это длится не долго.
Начинаю нервничать от того, что Тим будет тут со мной.
И мы будем одни.
У меня даже температура начинает как мне кажется подниматься.
– Ты совсем с головой не дружишь? – еще не много и он орать начнет, вижу как тяжело Тиму себя сдерживать.
Не знала, что он так переживает обо мне и поэтому смотрю на него и глупо улыбаюсь.
– Температуры не было, и я уже выпила жаропонижающее, которое было тут, – спокойно отвечаю.
– Ты больная? Чтоб тебя, Бэмби, ты ненормальная, да? – смотрит на меня с такой заботой.
У меня дикое желание встать и обнять его, поцеловать.
Но сил не хватит, меня вообще в сон клонит.
Смотрю на то, как он набирает номер чей-то и по всей видимости отключаюсь.
Меня знобит и все тело ломит.
Мне снится, что он целует меня, обнимает и куда-то несет.
Открываю глаза и не могу понять, где я?
Чувство что за долгое время я наконец то выспалась.
Привыкаю к свету и понимаю, что я в больнице.
Какого хрена я в больнице?
Сажусь и осматриваюсь по сторонам.
Палата одиночная и хорошая, точно Тим побеспокоился.
Или может это Макс меня сюда привез, а Тим мне просто приснился?
Я может вообще белочница, если это на самом деле так.
Дверь открывается и в палату заходит Тим, в руках несет поднос с чем-то, что пахнет просто невероятно вкусно.
– Привет, – улыбаюсь, наблюдая за ним, – сколько я спала?
Он смотрит на меня строго и продолжает возиться с едой.
Вижу куриный суп, гренки и гречку с печенкой.
Все, что я обожаю.
– Если ты скажешь, что в стакане клубничный компот, то я выйду за тебя замуж, – шучу я.
Тим дает мне стакан и смотрит строго, беру и отпиваю.
Черт его побери, там клубничный компот.
– Берешь свои слова обратно? – с иронией спрашивает он.
Молчу, я даже слов найти не могу никаких.
– Не беру, – смотрю в его глаза и ловлю там вспышку непонимания и радости.
– Уверена? – Тим смотрит на меня и наклоняется к губам, дышит часто.
– Полностью, – киваю и легонько касаюсь его губ своими, – только давай не прямо сейчас, ладно? – молчит, дает мне время объяснить свое решение.
– Продолжай, – требует, когда мое молчание затягивается.
– Я думаю, что для свадьбы прям еще рано, мы с тобой постоянно в военных действиях живем, Тим. Мы вечно что- то выясняем, кричим и ругаемся. Нужно время, чтоб все нормализовалось. Чтоб мы поняли, что и к чему, понимаешь?
– Я хочу тебя, ты нужна мне, как ты не можешь понять?
– Тим, я, – хочу попытаться донести до него, то что думаю, но он не дает, останавливает прикрывая рот своей ладонью.
– Помолчи, – спокойно требует, – я с многими девушками был, ты сама знаешь. Я понимаю, что тебе может быть это будет хреново слышать, но ты должна.