– Да и Рокс среди этих девчонок будет самая зубастая, – добавляет Тэд.
Мэтт хмурится.
– Ты тоже хочешь в зал? – спрашивает он Рию.
Она прикусывает губы и кивает.
– Да. Мы же уже были на вашем концерте с Рокс. В Шеффилде. Все было мирно.
Между ними происходит какой-то непонятный мне молчаливый обмен взглядами. Господи, если они научились говорить телепатически, как все эти модные фэнтези-парочки, я просто прострелю себе башку… Он все еще переживает по поводу интернет-хейта, который вывалился на подругу. Но здесь в Берлине это точно неуместно.
– Ладно, – наконец соглашается он, – но там будет охрана.
Рия согласно кивает, и мы возвращаемся к своей каше.
Сегодня весь день была отвратительная погода, и мы вместо прогулки по Берлину решили протестить спа-комплекс отеля. Мне, черт возьми, нравилось тусить за счет богатого парня моей подруги. Это давало меньше шансов думать о том, что я теперь абсолютно безработная. Как я решила: пока я в Берлине, я не думаю об этом. Подумаю об этом потом.
Сначала мы размокали в хамаме, потом бассейн, массаж, грязевые маски – ну в общем, все прелести богатых девчонок.
– Как прошло свидание? – спрашиваю я Рию, когда мы, намазав лица грязью, снова зашли в хамам. Влажность успокаивала, а запах эвкалипта, исходивший от масок, расслаблял.
– Мило, – улыбается она. – Да, мило. Очень мило.
– Сколько раз ты повторишь слово “мило”?
– Ой… – хихикает она и странно смотрит в пол. Бьюсь об заклад, если бы ее лицо не было зеленым, оно было бы красным.
– Господи, скажи, что вы вернулись в отель и он довел тебя до парочки оргазмов, а не то, что вы весь вечер обсуждали немецкую архитектуру?
Кроме нас тут еще две женщины, и Рия хмурится, посматривая на них. Но им все равно, о чем мы говорим.
– Немецкую архитектуру? С чего ты это взяла?
– Не знаю. Он иногда похож на вот этого душного парня, который философствует о высоком. Ты же слышала песни, которые он сочиняет?
– Мне нравятся эти песни, – смущенно говорит подруга.
– Конечно, они тебе нравятся. Ты же вроде как влюблена в него. Тебе нравится все, что он делает.
Рия корчит недовольную гримасу, а потом наклоняется ближе и шепчет:
– Ну мы точно не обсуждали немецкую архитектуру. Мы были в ресторане, а потом вернулись в отель и… ставили эксперименты.
Я громко смеюсь.
– Эксперименты? Это ты так называешь новые позы?
Рия шикает на меня. А потом снова смущенно хихикает.
– Это было странно. Он весь вечер пытался заставить меня сказать, что мне нравится.
– Он что, дурак совсем? – я театрально закатываю глаза, – все знают, что тебе понравится, если он просто нежно поцелует тебя под луной.