Когда я только попросила Тэда дать мне время на раздумья, я четко обозначила условия своей подруге: никаких новостей о нем, ни словечка о том, как он поживает. Я должна была разобраться со всем без оглядки на то, каково ему. И хотя Рия честно блюла мое правило, и даже после того, как встречалась с ним, молчала, как партизан на допросе, мне самой каждый раз не терпелось спросить, как он.
Но малышка конечно не могла не упомянуть, что группа приглашена на премьеру фильма, к которому Тэд придумал песню.
Подруга, конечно, тоже собиралась туда. Как девушка солиста. Как и семьи Мэтта, Кевина и Тэда.
Тогда я четко почувствовала, что и мне нужно быть там. Я взяла самый дешевый билет в Лондон и попросила Рию раздобыть мне приглашение и никому не говорить о моем присутствии.
Когда я захожу в здание кинотеатра на Лестер-сквер, меня встречает атмосфера, к которой я не была готова. Я никогда раньше не была на таких мероприятиях, и это остро ощущается всем телом. Воздух пропитан ароматом дорогих духов, блики от люстр скользят по нарядам гостей, идеальным укладкам женщин и улыбкам мужчин.
Разодетые люди, тихо переговаривающиеся друг с другом. Разговоры на полутонах, сдержанные улыбки и кивки, полные скрытого смысла. Мужчины в ярких костюмах, которые можно было бы назвать неординарными: один – в бархатном бордовом пиджаке с вышивкой, другой – в графитовом с неоново‑желтыми пуговицами. Женщины – в платьях от модных дизайнеров, каждый наряд словно произведение искусства. Среди них даже официанты с шампанским и закусками на подносах выглядят торжественно: идеальная осанка, четкие плавные движения.
Я на секунду съеживаюсь, понимая, насколько я далека от этого бомонда. Это я еще пропустила красную дорожку.
Мне становится некомфортно. Но я все равно распрямляю плечи, поправляю волосы и пробираюсь по фойе.
Беру бокал шампанского, чтобы унять мандраж. Под ногами пол – чистый мрамор, почти зеркальный. Я стараюсь шагать аккуратно, но каждый цок моих каблуков ощущается особенно ярко, будто каждый раз кричит: “посмотрите на нее, она здесь чужачка”.
Через десять минут моего неуверенного брожения туда-сюда, когда в моих мыслях уже закрадываются сомнения, зачем я вообще явилась сюда, ( могла же просто позвонить, попросить о любой другой встрече) я наконец замечаю в углу мужчину в ярко-зеленом пиджаке, собирающего вокруг себя толпу.
Это режиссер фильма – Артур Хейз. Рядом с ним девушка и еще один мужчина – актёры главных ролей. Еще неподалеку – весь состав The Words. Их всех облепили журналисты.
Я нахожу взглядом Тэда, наклоняю голову, и легкая улыбка трогает мое лицо.