— О чём это они говорят? — спросила Наташа, с которой мы стояли всего в пяти метрах от кинокамеры.

Всю прошедшую ночь мы провели вместе, и моя подруга несколько раз просыпалась, плакала и жаловалась на нехорошие предчувствия. И только к вечеру она боле-менее успокоилась. И сейчас в аэропорту она даже иногда улыбалась.

— Американцы очень любят из всего делать шоу, — пожал я плечами. — Когда в газетах появился состав сборной США, полностью состоящий из звёзд НБА, то по некоторым опросам выяснилось, что интерес к такой игре постепенно стал снижаться. А теперь если Том Мешери сыграет за сборную СССР, то мачт для широкой публики можно будет преподнести, как игру лучших баскетболистов мира.

— Теперь мне всё понятно, — улыбнулась моя подруга. — Я тебя прошу, Богдан, пожалуйста ты там ни во что не влезай и не во что не вмешивайся.

— Да куда я там могу влезть? —захихикал я. — У нас в Штатах в четверг и в пятницу тренировки, в субботу и в воскресенье игры. А потом мы сразу летим в Белград на чемпионат Европы. Я даже из гостиницы выходить никуда не собираюсь.

— Учти, ты обещал, — Наташа погрозила мне пальчиком.

И тут в помещение аэровокзала вбежали: капитан Савков, знахарка Варвара Петровна и кот Парацельс. Впрочем, кот скорее не вбежал, а приехал на руках хозяйки.

— Пошли, с коллегами познакомлю, — шепнул я своей подруге.

— Мы уже знакомы, — буркнула она, как будто бы приревновав к черноволосой красавице Варваре.

Савков же поздоровался с нами кивком головы и, схватив меня под руку, потащил в сторону.

— Учти, Крутов, за Гагарина отвечаешь головой, — прошипел он.

— Во-первых, Юрий Алексеевич приедет на матч в сопровождении нашего охранника и сотрудника посольства, — проворчал я. — Во-вторых, я буду на игровом паркете, а он в ложе для почётных гостей. А в-третьих, Гагарин в космосе не растерялся и тут если что он не растеряется.

— Просто я весь на нервах, извини, — смутился Савков. — Тебе тут Варвара кое-что хочет срочное сообщить.

«Да не верю я в эти картёжные расклады!» — мысленно выкрикнул я, но всё же улыбнулся и пошёл общаться со знахаркой. Наташа взяла на руки рыжего и заметно располневшего котофея. А Варвара Петровна тоже шёпотом начала мне читать наставления, чтобы я ни во что не вмешивался и ни во что не влезал, и тогда всё будет хорошо.

— И если вы вдруг проиграете, то ничего страшного не произойдёт. Вы и так уже победители, — сказала она.

— Я всё понял, буду тише воды и ниже травы, — ответил я.

А потом всю сборную СССР попросили пройти на посадку. И тут началось — заревела Наташа, разревелась знахарка Варвара, жалобно замяукал кот Парацельс, словно его отправляют обратно в Серпухов мышей ловить, а капитан Савков впервые в жизни меня обнял и захлюпал носом.