— Ты про поцелуи, что ли? Если да, то никаких гарантий, — как ни в чём не бывало заявила она.

— Ладно, этот пункт опустим, но остальное…

— Хорошо-хорошо, согласна, — наконец она капитулировала.

Не уверен, что это была победа. Так-то, если что, телепортера я удержать не мог, от слова никак. И это понимали все вокруг. Вон как лыбятся. Просто они не понимают, сколько мне пришлось из себя дурака строить, чтобы Настя вот так положила мне голову на плечо, как тогда в Твери. И теперь за ней не надо гоняться, ведь это она поставила мне условия и победила в схватке характеров… Чёрт, вокруг столько красоток, а с ума схожу от совершенно обычной, местами даже не дотягивающей внешностью до среднестатистической представительницы женского пола её возраста, девочке. Наверное, потому что конченый псих. Только одно меня оправдывает — Голицына, её мать. Если Захарова хоть вполовину будет в неё, фигурально выражаясь, то можно с чистым сердцем простить себе все эти бзики. Ха, а вот и Кукушкина привалилась с другого бока. Жизнь удалась. Что ещё надо? Солнце светит, листва шелестит от небольшого ветра, тепло и хорошо. Похоже, засы…

— Класс, встать, — опять не к месту прожужжал Колпышев.

Тут бы по парте растечься и спать, а тебя дёргают. Ну зашёл преподаватель, эка невида… С ним же Гагарин! Князь который. Замминистра, если память не изменяет. Его-то какая нелёгкая опять на встречу принесла. Ещё скажите, он только сюда зашёл!

— Здравствуйте, дети, — поприветствовал он нас, но представляться не стал.

Ещё бы, где он и где эта школа «второго круга», а тем более её ученики.

— Я так понимаю, это староста. Представься-ка, — потребовал он от Колпышева.

И тут такая тишина и мёртвые с косами стоят. Прямо сцена из «Ревизора», не ждали. Он ведь ни фига не должностное лицо, а всего-то шестёрка зарвавшегося Делиева.

— Он не староста, — вмешался в зарождающийся скандал Сильвестр Миклухович Обухов, наш классный руководитель.

Свезло, короче. После обеда была сразу математика.

— Как это понимать⁈ — не рассвирепел, конечно, но с явной злостью в голосе спросил князь у нашего директора.

А тот посерел и ни бэ, ни мэ, ни кукареку. Так-то закономерный итог. Только мнилось мне, что будет это не скоро, а поди ж ты. Занесла же нелёгкая замминистра к нам на огонёк.

— Так понимаю, предложение Воротынской объявить всем участникам попечительского совета войну имело под собой основание? — вкрадчиво задал он главе школы дополнительный вопрос.

Так это Милава всё устроила. Красава…

— Абашева, встань, — потребовал Сильвестр Миклухович, пока директор нечленораздельно мычал.