Как и предупреждала Аня, на Ольгину одежду нельзя было смотреть без слез. Видимо когда-то достаточно дорогое пальто, больше напоминало подранную солдатскую шинель с желтыми, словно жирные масляные пятна, разводами крови монстров, сапоги по колено в грязи, прическа растрепана, волосы мокрые и тоже со следами грязи и копоти. Анька тоже выглядела не лучше, но с ее и с моей одежды все это можно смыть, а вот графиню придется переодевать в черное, ломая к чертям ее имидж. Надеюсь Мотя что-нибудь придумает, чтобы Оля и дальше смогла выгодно подчеркивать свои аппетитные формы, за косые взгляды на которые, Анька уже погрозила мне кулаком.

В этом смысле ей волноваться не следует. Я могу пялиться сколько угодно, получая эстетическое удовольствие, но вот заходить дальше я не стану. Не мое это. Сейчас она на эмоциях и чуточку приоткрыла свою истинную суть, себя настоящую, но совсем скоро она закроется и вернется к образу холодной и непреступной скалы, о которую будут биться волны поклонников и воздыхателей, в число которых я точно не хочу попасть, потому что точно знаю, что любят не за что-то, а потому что. Человек может быть очень красив внешне, но уродлив внутри. Но может быть и наоборот. Я всегда прислушиваюсь к интуиции, стараюсь верить чувствам, а не созданному образу в пестрой обертке.

Минут через тридцать пустого высвечивания неба, когда на горизонте не появился ни один летучий таракан, стали поступать доклады из других точек. Я специально поднялся в штабную машину, чтобы лично слышать, о чем докладывают. Ситуация была не простая. Имелись и раненые, и пораженные, и потери были серьезные, особенно на первых рубежах, расположенных за пределами города.

Часам к одиннадцати ночи, мы уже откровенно не знали, что делать. Военные несли службу выискивая над городом заблудившихся крылатых термитов, зачищали пространство вокруг. Организовали посты, наблюдательные пункты. Нам здесь больше делать было нечего.

— Давайте-ка выдвигаться в контору, — предложил я напарницам, выслушав доклады военных с дальних кордонов.

— А чего не домой? — поинтересовалась Аня.

— Ну, мы вроде как в смене, — напомнил я. — Заступили в три часа дня, так что еще четыре часа как бы должны отработать.

— Может профилоним? — предложила Аня. — Нас же сейчас, как только выйдем на связь, куда-нибудь зашлют, а я уже устала, вот честно!

— Как скажите. Я не зануда, как некоторые думают, и не моралист. Погнали филонить.

— Ты кстати, заметил сколько нам всего насыпалось? — интересуется Аня, косясь на Ольгу, которая тоже выглядела как кошка, наевшаяся сметаны.