Наша точка замолкает, в очередной раз передавая эстафету. В этот раз не все так гладко. Твари расколотили не один прожектор, не смотря на защиту. На зачистку опять вышли бойцы с винтовками и приборами ночного виденья.

Вроде и стрелял по мелочи, не очень интенсивно, а каким-то образом умудрился, накидалься заклинаниями аж на семнадцать с половиной миллионов.

— Это что, мать вашу, такое было, — хрипит Ольга с ужасом в глазах глядя на меня и довольную Аньку. Далекий отблеск второй площадки позволяет нам кое-как разглядеть лица друг друга. Из уголка рта графини стекает струйка слюны, а выражение лица такое, будто ее обманули в лучших чувствах.

— Это плата за перерасход маны. Оленька, на сколько тебя хватило?

— Сто десять тысяч, больше терпеть не могла.

— Я первый раз тоже немного в шоке была от такого побочного эффекта, — улыбается Анюта, вытряхивая из барабана пустые гильзы и тут же лезет ко мне, шаря по бедрам в поисках патронташа.

— Я после такого только курить захотела, — делает вид что бурчит Ольга, а у самой в глазах чертики играют.

— На конфетку, — опять хихикает моя напарница, протягивая Оле леденец в фантике.

Графиня не отказывается, но вот от меня отлипать не хочет, так и жмется.

На этот раз Анька без напоминания разворачивает очередную конфету и просто пихает мне в рот, потому что обе руки у меня заняты, висящими на них напарницами, одна из которых только что, в некотором смысле, получила первый опыт, а вторая, просто потому что я позволяю, и мне это нравится.

На этот раз нам дали передохнуть чуточку побольше. Во всяком случае я хорошо так успел восстановиться. Девчонки тоже порозовели и ожили. Да и звуки стрельбы на второй и третьей площадке были уже не такие интенсивные.

Теперь в глазах Ольги не было того страха, который она переступала в самом начале этого боя. Появилась уверенность и живость. Обе напарницы выглядели, вот не подобрать другого слова, удовлетворенными. Похоже, что их уже не тяготил ночной холод, мелкая морось, сырая весенняя хмарь. Расцвели, ожили.

Когда подошла наша очередь перенимать эстафету, в небо вновь запустили осветительный заряд, врубили на полную катушку прожектора и подсветили буквально гору трупов, наваленную на том месте где, должна была быть световая площадка, не прозвучал ни один выстрел. Прожектора, направленные в небо, тщательно обыскивали серые тучи, но насекомых видно не было.

Военные отдали приказ запустить все три площадки что были в этой локации. Некоторые прожектора переключились на прочесывание местности. Находили каких-то подранков, но туда отправлялись группы солдат, которые добивали гадов.