— Муж мой, звал? — в кабинет зашла Катэ.

— Не хочешь прогнать скуку? Тут очень много занятного в письмах. Но, это то, чего не следует никому говорить. Я доверяю тебе, Катэ, но мне твой ум сейчас сильно потребен, помоги узнать лжу и правду, — сказал я и придвинул прежде всего письма Шпанберга, сам же занялся посланиями от Савелия Померанцева.

Позвал я Екатерину еще потому, что весьма странным оказалась история общения ее с новым английским послом. Да, такое уже было и даже решили, что не следует отворачиваться от английского интереса, но говорить грамотно дозированную информацию. Последняя встреча Катэ с послом, о которой так беспокоилась императрица, могла оказаться не столь безобидной. Теперь же я здесь и Шешковский получит четкое задание — проследить за разговорами на английском посольском дворе. Если хоть что-нибудь из того, что здесь и сейчас Катэ узнает, станет известно и англичанам… Катерине придется рассматривать те письма, в которых не должно быть много тайн, но достаточно сведений, чтобы понять кто именно передал информацию англианам.

Разложив письма по номерам, я начал читать. В первом же письме Савелий Данилович — а как еще называть теперь цельного наместника, как не по имени отчеству — писал о сумасбродстве Шпанберга. Стал флотский командующий пытаться свои правила насаждать в строящейся крепости, да конфликт вышел и только вмешательство казаков не позволило случится непоправимому, но перед отъездом Савелий-таки получил по лицу от какого-то мичмана по указанию Мартына Петровича.

Получалось, все же я ошибку совершил, что доверился Шпенбергу, хорошо, что не фатальную, Экспедиция, даже по косвенным сведениям, уже состоялась. Вот только ума не приложу, как эти все бумаги рядом оказались?

— Экий плут сей Шпанберг! — воскликнула Екатерина.

— С чего решила? — заинтересовался я столь быстрому определению лжи.

— Ну то, что он забил до смерти мичмана Кузищина — дворянина засек! Суд должен был быть, пусть и на бумаге, — Катерина возмущенно покрутила головой. — Далее — вот тут он пишет, что куплено у англичан за серебро, а я читала, когда ты готовил сию экспедицию, что англичане запрет ввели на продажу парусины и канатов в индийских колоний из-за того, что там канаты сильно быстро худеют. Значит вор Шпенберг.

Катерина замолчала, а я стал читать далее.

Общение с местным населением заладилось быстро, играли уже свадьбы и…

— Цветы вокруг красивые, Катэ, слышишь красивые цветы и много тех цветов! — кричал я, а Катерина недоуменно смотрела на меня, и в ее глазах все больше появлялось тревоги.