— Истребители всегда, как говорится, себе на уме. Мне известен их кодекс. Ни одного четкого правила, только «Нечистью считается то, что называет Нечистью сам Истребитель» — если бы мои алхимики работали так, мы бы до сих пор были варварами-кочевниками, подобно Всадникам Ветра.
— Истребители, лорд Джафар, работают при всех своих странностях очень эффективно. А что наемники при их упоминании черной желчью исходят — так то внутренние проблемы. Так вот, Истребители считают, что в каждом живом существе есть некий Зверь, и если этот самый Зверь берет верх над разумом — рождается чудище, нечисть. Таких вот чудищ, или Зверей, они и изничтожают.
— Не лишено логики, но при чем тут драконы?
— А драконы, Властитель, как говорят Истребители, обладают настолько высокоразвитым разумом, что у них Зверь практически никогда не выходит на волю. И все сказки о зверствах драконов, погубленных селах и тысячах трупов мирных дехкан — они сказки и есть. При твоем всеведении совсем нетрудно узреть, сколько таких случаев произошло в Турракане; понятно, что остальные — выдумка.
Алхимик провел пальцами по бороде.
— Допустим. Но выдумка никогда не появляется сама собой. Только тогда, когда это кому-то нужно.
Рассказчица прищурилась.
— А вот теперь, лорд Джафар, задумайся: КОМУ выгодна вражда людей и Крылатых. И пока ты будешь думать, я продолжу повествование — ибо алая колесница заката уже опускается за хребет Зур…
Усилием воли Властитель Турракана переместил эти мысли в дальний уголок разума, чтобы возвратиться к ним как-нибудь на досуге. Расслабившись, он заложил руки за голову и, готовый к видениям, прикрыл глаза. Сегодня курить не хотелось.
Голос собеседницы был тих и печален:
Порою трудно слушать тишину,
Оставив сзади жизни кутерьму —
Но есть ли путь иной? Мы не узнаем,
Покуда сами не уйдем во тьму…
И безмолвная тьма сомкнулась над Алхимиком — чтобы, вскоре рассеявшись, открыть то, что могут и чего не могут показать слова…
— Она хорошо смотрит за детьми?
Фариза улыбнулась.
— Души в них не чает. Она хорошая женщина, Джемаль. Ей чересчур много дурного выпало в этой жизни, и если мы можем помочь — я хотела бы…
— Да я не возражаю, — махнул рукой ар-Рахим. — Пускай остается. Служанкой, нянькой, кем угодно — если малышам с ней хорошо, пожалуйста. Вернусь через несколько недель, посмотрю, как вы тут живете-ладите.
— Мы-то поладим, — сказала Мариам. — А вот ты будь осторожен. О драконах я слышала весьма мало хорошего…
Взгляд охотника был холоден.
— Управлюсь. Я не зря ношу свое прозвище.
— Но ведь это лишь прозвище. Ты же сам знаешь, чем отличаешься от Истребителя.