— Попрошу на пять минут вернутся в мастерскую…

— И в чем дело?

— На вас заявление поступило…

— Какое, на хрен заявление?

— Ну мы что, посреди улицы будем разбираться. Давайте зайдем в помещение и там поговорим.

Старший среди местных милиционеров, парень лет тридцати, излучал абсолютное спокойствие, зато два его нукера, чуть младше меня, были явно на взводе, ели сдерживались, чтоб не набросится на меня. Очевидно, я кого-то сильно зацепил своим любопытством.

Так, как биться в рукопашную посреди улицы с тремя коллегами в мои планы не входило, я пожал плечами и двинулся обратно к зданию станции техобслуживания, в дверях которой злорадно улыбался мне в лицо Петр Николаевич.

— Уже вернулись? — хозяин авторемонтной мастерской блеснул золотой зубной коронкой, странно, что я до этого ее не заметил: — Что-то забыли?

— Вот, коллеги говорят, что вы на меня заявление написали…

— Написал. — удовлетворенно кивнул головой любезный Петр Николаевич:

— Нам чужих вымогателей не надо.

Под кривыми ухмылками слесарей и прочих ремонтников, меня препроводили все в тот же тесный кабинетик, где я, не чинясь, сел в хозяйское ободранное кресло, чтобы между мной и моими оппонентами был дешевый канцелярский стол из деревоплиты.

Три опера, хозяин и две чумазые рожи, как я понимаю, понятые, которым не хватило место, и они заглядывали из-за двери, они как стая гиен, смотрели на меня с предвкушением, чуть ли не роняя слюни.

— Я старший опер Ноябрьского РОВД капитан милиции Берестенев, предлагаю вам добровольно выдать деньги, полученные преступным путем.

— Я старший оперуполномоченный уголовного розыска Дорожного РОВД старший лейтенант милиции Громов официально заявляю, что никаких денег, полученных преступным путем у меня нет. При себе имею девятьсот рублей мелкими купюрами в бумажнике.

— Он деньги в папку сунул. — обличающе ткнул в мою сторону пальцем хозяин СТО.

— Ищите. — папка скользнула по столешнице в сторону капитана, который подхватил ее на самом краю стола, открыл и стал судорожно перелистывать находившиеся там многочисленный бланки.

Пока все головы склонились над потертой темно-зеленой пластиковой папкой с вытесненной на обратной стороне ценой «один рубль сорок девять копеек», я на счет раз-два, извлек из поясной кобуры пистолет, снял его с предохранителя и…

Характерный лязг затвора «макарова» заставил азартных искателей сокровищ обратить внимание и на меня.

— У него ствол! — закричал Капитан Очевидность, стоящий слева от капитана милиции и полез за своим, потея от волнения, путаясь в свитере и застежке кобуры, не вписываясь в норматив.