И если наше вмешательство изменило судьбу владелицы чебуречной, как теперь будут развиваться Синдикаты? Как отреагирует «Авангард» или «Нео-Синтез» на сбои в своих идеальных схемах?

Мои старые знания из будущего больше не были стопроцентной гарантией победы. Я играл старую и знакомую шахматную партию, в которой фигуры начали двигаться по другим маршрутам. На пару шагов вперёд я мог планировать свои действия, но не дальше.

Доев чебуреки, я запил их густым, бодрящим томатным соком, а затем подошёл к стойке.

— Я заказывал два с собой, — произнёс я, вновь встречаясь с печальными глазами Нины. Забирая бумажный пакет, всё же не удержался, тихо добавил: — Всё нормально? У вас проблемы?..

Нина вздрогнула, словно очнувшись от тяжёлых мыслей. На мгновение в её взгляде промелькнуло отчаяние, но она спрятала его под дежурной улыбкой.

— Всё прекрасно, — кивнула она, добавляя в пакет два соуса в пластиковой ёмкой таре, от заведения. — Всего лишь устала немного. Приятного аппетита.

Я не стал расспрашивать. Просто выразил благодарность за вкусный ужин, а затем покинул заведение.

Всё же надо было помочь Нине. Следует обязательно подключить Серёгу, чтобы он копнул информацию по её бизнесу, по кредиторам. Как наладит нам роторные маты, так я его и озадачу.

На улице было зябко. Я прошёл по знакомому переулку, обогнул мусорную площадку, вышел на свою улицу. На протяжении всего пути я прокручивал в голове предстоящую тренировку на самодельных тренажёрах. Всё же это лучше, чем ничего.

Пусть остальные гильдии переплачивают за посещение частных тренажёрных залов, которые на удивление быстро завезли себе роторные маты и накрутили на них цены. У нас денег нет, и приходится выкручиваться.

— Сударь Артур! — проскрипел барон Сверчанский, выглянув из кармана куртки и вновь требуя внимания. — Мое гусарское нутро требует продолжения банкета! Извольте обеспечить меня нектаром. Ну или хотя бы тем кефиром, раз уж на то пошло. Гусару нужна энергия для ночных размышлений! Мне же работать скоро с питомцами.

Вот же неугомонный. Я остановился у знакомого круглосуточного ларька.

— Кефир отменяется, барон. Я не готов слушать твои сольные концерты до утра, — усмехнулся я, покупая бутылку негазированной воды, показывая этикетку. — Вот тебе, «Утренняя роса». Ты же сам просил росу.

— Да я не в том смысле, разрази меня дихлофос! — возмущённо застрекотал сверчок, высовывая усы наружу. Хорошо, что я уже отошёл от ларька, а то бы у продавщицы обморок случился. — Вы сатрап, сударь! Никак не поймёте ранимую душу боевого гусара! Вода для умывания, а для души нужен сахарок!