И только память Андрея медленно ворочалась внутри. Будто пыталась мне что-то подсказать. Я же просто стоял и смотрел, как ходит перед нами туда-сюда тощий, довольно молодой двусердый. И рассматривает всю нашу честную компанию, будто мух под микроскопом.
Лицо у него кривилось в ухмылке превосходства. И так мне стало обидно от этого — словами не передать! Моё тело сделало шаг, другой… И это не я ему приказывал, но, похоже, и не менталист. Потому что он, увидев мои передвижения, как-то сразу погрустнел, побледнел и заблестел.
Тело шло со знанием дела, жаль, что очень неуверенно. И я сильно удивился, когда в голове прозвучал голос Андрея:
— Ща, погодь, Федь, вырулим!
И, надо сказать, личность из прошлой жизни не обманула. Вырулила прямо на менталиста, залепив ему умелую двоечку в корпус. А потом решила завершить сеанс связи красивым ударом в челюсть.
— Выпендрёжник! — в этот момент подумал я.
— Сам такой! — ответил у меня в голове Андрей.
А мгновение спустя я снова оказался хозяином своего тела. И от неожиданности чуть не потерял равновесие. Но быстро восстановил контроль. Всё, что оставалось сделать — склониться над менталистом, лежащим в беспамятстве. И защёлкнуть у него на запястьях, лодыжках и шее оковы, блокирующие теньку.
Когда я выпрямился, испытывая чувство удовлетворения от проделанной работы, то столкнулся взглядом с сидящей на койке Сашей. Цесаревна очень недобро сощурилась и тихо спросила:
— Ну и кто тут достаточно смелый, чтобы рассказать мне, что происходит и как я тут оказалась? М-м-м?
— С пробуждением, твоё высочество! — не став размениваться на церемонии, отозвался я. — Тут у нас, видишь, небольшой хаос… Пришлось срочно разгребать.
— Ну хаос — это твой неизменный спутник, Федь! — кивнула Саша чуть добрее. — Но я бы всё-таки не отказалась от подробностей. Потому что, судя по лицу Бубенцова, он только что разнёс «точку 101». И сразу скажу: если такое случилось, папа нас вовеки не простит…
— А если мы дружно объясним ему, что это просто место проклятое? — уточнил я.
— Тогда он не простит нас дважды… — хмыкнула Саша. — А Бубенцов всё-таки разнёс точку?
— Пока нет… Но, скажу честно, твоё высочество, если захочет, то я его поддержу, — признался я.
— Рассказывайте уже! — попросил Арсений с соседней койки. — Хочется уже понять, что мы пропустили…
[Помехи]
[Помехи]
[Помехи]
[Помехи]
Человек — это не только организм. Это ещё куча всякого разного, что накручено в различных планах бытия. И одной из самых слабых систем человека является психоэмоциональная. Её состояние и без того регулярно колеблется между «ура, я пришёл в себя» и «снова здорово». Так ещё и пограничные состояния бывают, которые, в свою очередь, провоцируют срывы. Это если по-умному говорить.