Фигура подошла к совсем уже старому сервитору, который жалко трясся и безуспешно пытался поднять свои манипуляторы. Белые руки обняли его, подняли с колен, и вдруг огромный стальной кулак выпрыгнул из широкого рукава, вцепился в шею бота и, резко дернув, выдернул железную голову старого робота из корпуса.

— Восхождение! — раздался вокруг восхищенный выдох сотни динамиков, — Меня, и меня тоже!

Сзади к фигуре подошли роботы в красном и вежливо приняли голову. Неся ее перед собой, как реликвию, они положили ее в контейнер и с поклоном понесли ее прочь из зала. Белая фигура продолжала свой обход. Она приближалась все ближе и ближе. Снова раздался вскрик:

— Восхождение!

Потом опять.

Иван сцепил зубы и с мрачной решимостью смотрел на приближающееся белое марево, покрытое вздрагивающими помехами. Фигура остановилась перед Иваном, к нему протянулась изящная, явно женская ладонь. Она взяла его подбородок и немного приподняла. Капюшон склонился над капитаном, и его глаза в облаке помех вдруг увидели лицо того, кто скрывался за белой мантией. Да, он прекрасно знал этого человека.

— Здравствуй, капитан. Вот и встретились, — сказала ласково Татьяна Крюгер. Она подняла взгляд на стоящего сзади робота-охранника. — Борей, ты молодец, я этого не забуду. Отведи нашего гостя в камеру. Я займусь им позже. Если по дороге он скажет хоть слово, смело бей его шокером. Это приказ.

— Госпожа, — пробасил исклич с дырой в голове и дернул Ивана, поднимая его на ноги.

— Робот. Эй, не спать! Посмотри на меня. Давно ты здесь? — Иван, держась одной рукой за прут решетки, второй кинул маленький камешек в камеру напротив.

Сюда капитана вели по долгим темным коридорам. Небольшие диодные лампочки почти не давали освещения. В ночном режиме было слишком ярко, в обычном — слишком темно, в антибликовом вообще наступала непроглядная тьма. По дороге Иван видел большой зал, где автоматические станки собирали тела для роботов. Видел, как из оторванной головы исклича авто-док вынимал позитронный мозг и вставлял его в крепкую оболочку со стальным черепом вместо головы. Видел склады с ящиками и армейской маркировкой.

С Ивана сняли наручники, кинули в небольшую одиночную камеру. Борей хмыкнул, оценивающе посмотрел на капитана, ударил железным кулаком по решетке и скрылся из вида.

— Василиса! Уважаемая госпожа Василиса! — раздался его бас. — Мы вам тут свежих задержанных привели. Принимайте новых бабочек в свою коллекцию.

Иван огляделся. Окна в камере не было, что не удивительно. Прикрученная алюминиевая лавка, унитаз и решетка на всю стену.