Первые четыре года учебы Аврора все время пересекалась с профессором Тенебрисом на учебных спаррингах между факультетами. Он всегда давал дельные советы и никогда не ругал слишком уж грубо. Казался Авроре добрым, мягким, но вместе с тем требовательным.
— Я тоже очень рада наконец здесь оказаться, — улыбнулась Аврора, усаживаясь напротив здорово поседевшего за эти годы Тенебриса. — Я просмотрела вчера перед сном книги, что вы так любезно мне предоставили. Думаю, они мне помогут. Спасибо.
— Только не воспринимай их как оскорбление. Я преподаю уже больше тридцати лет, а все еще иногда попадаю в тупик с учениками. И в такие моменты подобная литература здорово помогает найти нужный ответ. Сейчас, когда ты только начинаешь, не стесняйся обращаться за помощью. Ко мне, к коллегам, к книгам — это уж сама выбирай. Главное не зацикливайся на проблемах, с детишками порой бывает очень непросто, — проректор говорил это без издевки, с искренним участием.
Аврора кивнула, чуть поджав губы. Конечно, она понимала, что вот так сразу не станет лучшим профессором школы. Но и настраиваться на негатив не хотела. Будет волноваться о проблемах тогда, когда они возникнут.
Хоуп вошла в кабинет с подносом. Горячий чайник, сахарница и две тонкие фарфоровые чашки, расписанные в мелкий цветочек — все это женщина поставила на стол проректора. Разлила чай по чашкам. Коротко кивнула проректору, словно бы спрашивая, будут ли еще поручения. А потом также лаконично удалилась.
— Как поживает твоя семья? Они не были против того, что ты решила сменить профессию? — спросил было проректор, но тут же выставил вперед руку, словно бы останавливая Аврору от ответа. — Прости старика. Кажется, я потихоньку скатываюсь к тому, что перестаю контролировать собственное любопытство. Если я еще когда-нибудь полезу не в свое дело, то смело меня останавливай, — велел он и даже пригрозил указательным пальцем. Тень от этого самого пальца вдруг поплыла по стене, ожила, приблизилась к чашке и начала неспешно ворочать ложечкой, перемешивая сахар.
Аврора крутила в руках фарфоровую чашку, наслаждаясь теплом, перекочевавшим из чая в кончики ее пальцев. Столь откровенное сожаление в словах Тенебриса заставило ее искренне широко улыбнуться и даже хихикнуть.
— Все в порядке, — успокоила она старого проректора. — Моя семья ведет активную светскую жизнь, так что вряд ли хоть какое-то их мнение можно считать приватным. Уверена, их недовольство моим уходом из бюро это уже давным-давно вчерашняя новость. Так что… да, они были против. Но это ничего. В отличие от них я понимаю, насколько престижная должность мне досталась. И мне вовсе не кажется, что Бюро магического порядка более важная структура, чем школа.