Она не стала брать повозку. Хотелось прогуляться. Погода была чудесной, да и настроение соответствовало. Каждый шаг по совсем новенькой плиточной кладке заставлял ностальгировать. Пусть сама дорога и была новой, остальное было старым.
Беседка, в которой случился первый поцелуй; конюшня, куда она сбегала, чтоб побыть наедине с мыслями; вьющаяся вдоль шустрой узенькой речушки аллея, по которой их гонял профессор физической подготовки.
Сначала Аврора согласилась на эту работу, чтоб сбежать из бюро, сбежать от горя по Кассию, от обязанностей и тяжелых воспоминаний. Но теперь, проходя через небольшой садик, впервые подумала, что это решение было правильным. Правильным само по себе. Спокойная жизнь, в которой тоже будет смысл. Да, она больше не будет вычислять и ловить преступников, не будет разбираться с магическими аномалиями, не будет защищать покой граждан королевства. Но теперь она будет учить подрастающие поколения магов. Это ведь тоже важно.
Окрыленная этим озарением она остановилась на тропе меж деревьев. Замок Рэйхолд возвышался уже совсем близко. Его потемневшие от времени каменные стены, стремящиеся в небо верхушки угловых башен, арочные двери и окна все так же захватывали воображение, как и восемнадцать лет назад, когда она впервые их увидела.
Авроре довелось видеть множество замков, дворцов и богатых поместий, но ни одно из этих зданий не могло сравниться с Рэйхолдом по очарованию. Возможно, все дело было в том, что именно Рэйхолд открыл для Авроры магию. Хоть она и росла в магической семье, но именно здесь впервые испытывала собственный дар.
Любуясь красотой Рэйхолда, Аврора не сразу заметила шевеление у одного из деревьев. Под яблоней стоял мужчина в повседневной одежде. Он был высок и вполне плечист. Черные волосы были собраны в хвост на затылке. Сперва Аврора не узнала его, но стоило им пересечься взглядами, как ледяная холодность голубых глаз пронзила ее насквозь.
— Привет, — она свернула с основной тропы и подошла прямо к нему. — Ты тут какими судьбами? — Аврора говорила вежливо, старалась звучать непринужденно. Подумала даже, что может это и есть тот самый шанс, чтоб исправить старую ошибку.
Но Дрейвен ее, кажется, не узнал. Смерил взглядом с головы до пят, надменно цокнул, будто она отвлекла его от важного занятия. Ну да, для него с самого детства созерцание яблонь почему-то было любимым делом.
— Стойка с информацией для родителей вон там, у главных замковых ворот, — произнес он очевидное таким тоном, словно Аврора была десятой за сегодня, кто подходил к нему с этим вопросом. — И еще: ваш неформальный тон неуместен. Если хотите перейти на ты, хотя бы представьтесь для начала, — это можно было бы счесть чем-то вроде подтрунивания, но лицо Дрейвена сохраняло такую непробиваемую непоколебимость, что было совершенно ясно — он не шутил.