«У него большие планы на всю серию! — ответил Вася. — Так что там у тебя происходит? Помощь нужна? Блин, хоть глаза открой, мне тоже любопытно!»
Я тихонько приподнял веки. Сразу на обоих глазах — чтобы не щуриться и не выдать себя. Кажется, в районе иллюминатора мельтешило что-то… рыжее?
У меня, несмотря на все усилия, участилось дыхание.
«Ты пришла навестить меня девочка, да?» — подумал я, рывком поднимаясь на кровати.
Мельтешение у окна исчезло. Как и чувство присутствия.
«Жень… ты в порядке?» — спросил Вася.
«Да… да, в норме, — ответил я. — Сон, наверное».
«Ясно. Я проверю гормоны. Может, что-то перехимичил».
«Ага».
Диск планеты мелькал в обзорном иллюминаторе. Я завтракал, то и дело поглядывая на часы. Оставалось двадцать минут до планового торможения. С одной стороны невесомость — это неудобно, с другой — смогу хоть по-человечески планету разглядеть.
Я доел куриные сосиски с гречкой, запил это дело компотом. Убрал контейнеры в утилизатор. Потом нехотя направился в сторону каюты — переодеваться в скафандр.
В кресле спасательной капсулы я зафиксировался ровно в тот момент, когда вращение окончательно прекратилось. Теперь громада планеты плыла прямо у меня под ногами. Я летел над ночной стороной. В районе экватора, в разрывах облачности мелькали сполохи молний и кроваво-красные отблески лавовых полей.
«Красиво, правда?» — спросил Вася.
«Пожалуй, — согласился я. — Но страшновато».
«Знаешь, что когда-то Земля выглядела похоже?»
Я хотел было хмыкнуть с сомнением. Но потом вспомнил.
«Пермско-триасовое вымирание?» — спросил я.
«Оно. Сибирские траппы. Именно там находится наш „Север“, — сказал Вася с какой-то странной грустью в голосе. — Когда-то это место находилось на экваторе. Сергеич не сомневается, что мега-извержение было вызвано близкой гравитационной аномалией».
«Да… вполне возможно», — согласился я, продолжая разглядывать планету.
Её вращение постепенно замедлялось. Мы садились на ночной стороне. Обычная мера предосторожности. Учитывая размеры «Севера-2», местные могли наблюдать корабль даже без специальных средств.
Я посмотрел на себя в зеркало. Небритый мужик в короткой кожаной юбке. На ногах — сапоги до колен, с острыми носами. Голень закрыта несколькими железными полосками. На вид не слишком удобная обувь — но наши технологи постарались: кожа была мягкой, стелька внутри — комфортной, облегание прямо по моей ноге. Плечи закрыты металлическими пластинами, покрытыми облупившейся красной краской. На броне — многочисленные следы вражеских клинков, зазубрины и потёртости. Чтобы, значит, сразу было видно опытного воина. При этом у меня открытый торс, который защищает лишь перекинутый наискосок ремень с металлическими элементами, поддерживающий юбку.