Последствия у этой истории были. На следующий день в калитку нашего дома постучал участковый, к которому вышла Ира. На его вопросы заспанная доктор Кросовская заявила, что только что явилась с суточного дежурства на станции «скорой помощи», поэтому ничего подозрительного видеть или слышать она физически не могла. По тому, что милиционер не задал девушке ни одного лишнего вопроса, я понял, что основной версией является убийство тремя приятелями четвертого. Сотрудники местного РОВД решили не множить сущности, а идти по самому логичному пути, для чего надо только выбрать из трех задержанных самого неуравновешенного и давить на него из-за всех сил.

Отделение травматологии и хирургии Областной больницы.

Давненько я не был в этом огромном комплексе зданий, что расположилось на месте бывшего кладбища, что, безусловно, не прибавляет здоровья пациентам медицинского учреждения. Помню, совсем недавно кто-то умер в соседнем корпусе, прямо на лестнице… Но ладно, я здесь, все равно, по другому вопросу.

Мордатый любитель пострелять в милиционеров из охотничьего ружья лежал в отдельной палате, пытаясь нажимать на все доступные рычаги и струны, дабы «порешать» что-то по своему делу, но пока все его усилия буксовали на месте. Сначала все казалось легко — есть два мента, которые по «беспределу» приехали на его участок, начали задавать свои тупые «ментовские» вопросы его строителям, в общем вели себя не «по чину», а когда депутат Городского совета, на пару со своим охранником, решили преподать зарвавшимся ментам небольшой урок чинопочитания, начался полный «беспредел».

Семен Семенович Сорокин осторожно прикоснулся к перевязанному бедру. Он уже стер собственной в памяти, как заехав на свой участок, посмотреть, как идет строительство загородного дома, он пришел в бешенство при виде типа в «ментовской» форме, а узнав, что второй мент пошел осматривать его дом… Конечно, нужные люди обещали Семен Семеновичу, что информация о его привлечении к уголовной ответственности по сто семнадцатой статье из архивов областного УВД исчезнет, но лютая нелюбовь к ментам, которую он пронес с юности, никуда не делась. Рука сама собой потянулась к заднице, через которую, много лет назад, озверевшие менты выбили из него признание о том, как юный Сема с парочкой друзей «побаловались» с одноклассницей, предварительно напоив ее крепленым вином. Нет, нет, никто Семе палку в попу не вставлял, просто с него спустили штаны и пороли широким ремнем, пока он не вспомнил и не рассказал о том, кто держал пьяную девчонку, кто стягивал с нее трусы… А всего-то надо было этим ишакам дождаться папы Семена, что занимал немалый пост в городском торге, который бы порешал все вопросы.