А значит, повториться это тоже может в любой момент.
И только я закончил эту мысль, как Лифэнь мрачно объявила:
— Помяни чёрта, он и появится. У нас тут сразу два новых очага в разных районах города.
Ольга выругалась.
Я тоже не обрадовался. Похоже, что давление на Рихтерберг только начиналось. И это не та проблема, решение которой можно отложить на «потом».
— Что ж, на сегодня совет окончен. Ольга, займись очагами. Дедуля, тебе будет любопытно тоже в этом поучаствовать. А я проведу ритуал пробуждения города. Людей всё равно надо будить. Тем более, что вместе с ними спят и гвардейцы, и обычные чистильщики. А, если сейчас начнутся постоянные проблемы с очагами, то их помощь будет нужна нам, как никогда.
На появлении очагов новости не закончились. Хотя они посыпались на нас уже после того, как город вернулся к жизни.
Во первых, мы узнали, что все договоры Сципион сгорели, что несколько не укладывалось в ту информацию, которой владели мы.
Это заставило меня ещё раз задуматься о том, а действительно ли Регина жива или всё-таки спасти её не успели?
Но, честно говоря, в такую удачу верилось с трудом. Тем более, что я уже знал, что совсем не обязательно умирать по-настоящему, чтобы все поверили в твою смерть.
На собственном опыте, так сказать, убедился.
Поэтому сгоревшие договора ни в чём меня не убедили. Но, конечно, не могли не привлечь внимание других Великих Князей.
А потому я ничуть не удивился, когда получил настойчивое приглашение появиться на виртуальном совете.
— Какой смысл с ними разговаривать? — бурчал дед, видя, что я действительно собираюсь выйти на связь, — каждому из твоих бывших дружков всё равно плевать на правду.
— Разумеется, — не стал спорить я, — просто не хочу, чтобы Роланд с Гюнтером впали в истерику.
— Так разве нам это не на руку? — спросила Ольга, — с Катариной ты не церемонился. Наоборот, мы старались довести её как можно сильнее.
— Катарина в своих эмоциях была максимально предсказуема. А на что способны эти двое, если решат, что их прижали к стенке, и выхода нет, я ещё не знаю. Поэтому пусть они пока сами думают, что моё поведение можно спрогнозировать. И, что, по крайней мере, я не нападаю на них без причины.
Я сознательно не упомянул Ракшу Канвара, потому что его реакция, как раз не имела особенного значения. Он не из тех, кто станет зачинщиком какого-то переполоха. Даже, когда погибла Катарина Вийон, в которую он был влюблён много столетий, то не высказал мне никаких претензий.
Канвар был из тех, чья хата с краю. Он неохотно присоединялся к любым инициативам, предпочитая копошиться у себя в болоте. Ну или в горах, что будет вернее.