Но, вместе с этим, он становился и заметней. Так что, в конце концов, мы увидели это заклинание очень ясно.
Из маленькой, почти невидимой, клетки он успел вырасти в настоящую раковую опухоль на энергосистеме Октавии.
И, что хуже всего, у нас не было времени, чтобы найти идеальный способ её уничтожить. Что ни говори, а Регина — очень сильный заклинатель, который отлично знает своё дело.
Будь у меня хотя бы пара дней, я бы нашёл как его расплести, ничем не потревожив Октавию.
Но по всему выходило, что у нас есть не больше суток, прежде чем паразит разрастётся до таких масштабов, что мы уже не успеем его остановить.
И в этом случае единственным выходом было выбить заразу заразой. Я мог поставить на Октавию свою собственную метку. И тогда она тоже начнёт осушать её дар, отбирая «еду» у метки Регины, а потом «сжирая» и саму метку, пока та не перестанет существовать.
Вот только сумеет ли потом магия Октавии восстановиться? Этого не знал даже я.
— Теперь ты понимаешь, почему это такое серьёзное решение? — спросил я у ведьмочки, когда закончил свои разъяснения.
Она медленно кивнула.
— Тогда выбирай. Выбирай тщательно. Возможности изменить что-то у тебя уже не будет.
Октавия молчала. Я не торопил.
Выбор ей предстоял и впрямь серьёзный, если не судьбоносный. Что бы она не решила, а её жизнь изменится навсегда.
Не важно, вычеркнет ли она из неё Рихтеров или будет открыто противостоять Регине. Как раньше уже не будет ничего.
Впрочем, я был почти уверен, что она выберет второе.
Честно сказать, отдавать её Регине вообще не входило в мои планы. Но в такой ситуации последнее слово всё равно должно остаться за Октавией.
Для мага, тем более такого сильного, как она, остаться без своего дара — это всё равно что остаться без рук. Буквально инвалидом
И даже гипотетическая вероятность этого предельно накаляла ситуацию.
Тем более, что предсказать что-то сейчас было невозможно. Мы столкнулись с задачей, подобной которой никто ещё не решал.
Во всяком случае, прецедентов не знал ни я, ни лучшие лекари в мире.
И мы действительно могли лишь предполагать, что произойдёт, если мы начнём воплощать наш план в жизнь.
Пока Октавия находилась в вынужденном сне, мы с Морисом и Клодом успели обсудить несколько наиболее вероятных исходов. И сошлись в одном. Если бы не особенности дара Октавии, почти все варианты были бы совсем не радужными.
Но и так, мы плохо представляли чего ждать.
Одно было ясно точно. Дара Сципион она лишится как минимум на какое-то время. А с высокой долей вероятности, вообще навсегда.
Слишком плотно Регина связала свою печать с её даром. И уничтожить одно без другого было практически не реально.