Прямо сейчас они загружали запечатанные большие коробки в свои бронированные грузовики и явно планировали ехать прочь из города.
Может быть, конечно, это не имеет никакого отношения к побегу Николя. Но глупо будет не проверить.
— Вы меня отпустите? Пожалуйста, — снова начала умолять Габриэль, — я рассказала всё, что знаю.
— Ты собиралась прикарманить мои деньги, сучка, — прошипела Бланш, — а я ведь когда-то считала тебя нормальной!
Наша пленница, похоже, уже догадалась, кто скрывается под сарафаном сельской кокетки, так что принялась оправдываться. Причём крайне заискивающим тоном:
— Княгиня, прошу вас! Мы плохо понимали, что вообще происходит. Катарина погибла, клан развалился, а вы были далеко… вот мы и примкнули к Николя, но я раскаиваюсь, княгиня! Сами видите, каким подонком он оказался! Я уже получила по заслугам за то, что доверилась ему!
Я перебил эту истерику и спросил:
— Лучше расскажи, на какие деньги твой дружок собирается жить? И чем он будет платить своим помощникам? Он ведь не может получить доступ к счетам без ключ-карты.
Услышав мой вопрос, Габриэль сразу обрадовалась. Похоже, что ей было что по этому поводу сказать, а значит, она могла быть для нас ещё немного полезной и надеялась, что таким образом ей удастся выкрутиться.
— Да, он пока не сможет пользоваться коинами с официальных счетов клана. Но это не единственные средства, которые он сумел заполучить. Николя с самого начала подсуетился и раздобыл доступ к личным счетам Катарины. Он самый первый проник в это поместье, так что забрал её личный ключ.
— Ты знаешь, сколько там было коинов? — сразу оживилась Бланш.
— Нет, — покачала головой Габриэль, — Николя никогда не называл точные цифры. Но он был уверен, что этих запасов ему хватит, чтобы протянуть, пока он восстановит доступ к основным счетам.
Я вздохнул. Что за халатность! Катарина не потрудилась должным образом защитить даже собственные сбережения! Получается, что снять деньги с её счетов мог любой заполучивший ключ проходимец, даже при её жизни, раз и после смерти не возникло никаких проблем.
Ну, теперь хотя бы ситуация стала немного яснее. Я был уверен, что даже мои заклятые враги не возьмутся прятать у себя совсем уж бесполезного Вийона. Каждый из них вполне понимал, чем рискует, если открыто выступит против меня.
Да, они, несомненно, уверены, что я уже не тот, что прежде, и что они давно обошли меня в силе и умениях.
Но всё-таки каждый из них помнит, на что я способен. И смерть Катарины только доказывала, что они больше не могут считать себя в стопроцентной безопасности.