— Вижу ты сомневаешься, что женщина из ревности вырезала сердце своему любовнику, говори, что у тебя на уме, — поторопил император своего подданного.

— Рядом с сердцем располагается дар одарённого, мне не раз доводилась присутствовать на вскрытиях в морге, когда там вскрывали одарённых. Когда дар гаснет, то превращается в жемчужину. Никогда и никто окостеневший дар не забирает, такое считается святотатством. Инквизиция может возбудиться не на шутку. В случае с Антоновым окостеневший дар отсутствовал, но мелкопоместный дворянин Антонов точно был одарённым. Кто-то забрал жемчужину, именно это меня и смущает. Инквизиторы считают, что любовница не только вырезала сердце, но сожрала окостеневший дар, чтобы самой стать одарённой, — закончил рассказывать граф Ломан.

— Бред какой-то. Сегодня же подпишу указ о том, что вырезать жемчужины запрещено под страхом смертной казни. А что с той взбесившейся любовницей? — задал ещё один вопрос император.

— Инквизиторы скорей всего поместят её в сумасшедший дом, а может казнят. Нам нет никакого дела до простолюдинки, пусть делают, что хотят, иногда этим фанатикам из Инквизиции следует бросать «кость», — отмахнулся глава СБ империи.

Следующий час граф Ломан докладывал императору о внешней разведке.

Декабрь 2001 год. Серпухов. Императорская академия.

Мои отношения с Моникой Вульф продолжаются, раз в неделю, я посещаю её с понятной целью. Нас обоих такой поход в гости устраивает. Когда мы наедине Моника преображается, куда девается заносчивость и снобизм. Она становится общительной и ласковой, а на следующее утро превращается вновь в «снежную королеву». Меня лично такой подход устраивает. До совершеннолетия мне ещё два года, так что о всяких женитьбах я даже не думаю, хоть и на родственнице императора. Я вообще считаю, что при дворе сплошные интриги, только успевай уворачиваться. Тем более, задумай я жениться на Монике, у меня сразу столько врагов появится, что от одних дуэлей замаюсь отмахиваться. Мне такого веселья не хочется. А сейчас просто некогда, голова трещит от тех знаний, которые мне вкладывают в голову на лекциях. С декабря нам ввели недельную практику в каких-либо больницах. То есть раз в месяц мы практикуем в течении недели. У нашего рода госпиталь в Москве, где главным лекарем Мария Павловна Дмитрова, она вассал нашего рода и связана родовой клятвой на верность. Вот туда я и оформился на практику. Сознаюсь, что лечить мне действительно нравится. На практике в декабре я не только магией лечу, но и применяю хирургию. Одних только аппендицитов за неделю провёл более десяти операций. Помогаю Дмитровой в операциях по выращиванию конечностей. Здесь кстати лежит наш инструктор по стрельбе из лука Закиров. За лечение он не платит, но даёт координаты всех стражников и егерей, с которыми служил ранее на границе. А наш начальник СБ рода уже встречается с такими и предлагает службу в безопасности рода, естественно с принятием родовой клятвы. Бриз я таскаю за собой. Сам я не особо нуждаюсь в слуге, но девчонке надо отрабатывать долг жизни, к тому же мы неплохо с ней изучаем эльфийский язык. Не поверите, но я уже вполне сносно смогу говорить с эльфами, так заявила Бриз Сол. Раздобыла откуда-то книгу на орочьем языке, называется «Оружейное искусство». Я не собирался становиться оружейником, но как говорится «лишних знаний не бывает». Книга тем не менее полезна для нашего рода.