Она все никак не может прогнать горькие мысли, но тут появляется Колетт, чтобы узнать о состоянии сестры. Ее предупредил Блэз, прибежал в мастерскую и сообщил: «Даниэль в больнице. Моя мать сказала, что все очень серьезно».

– Что с ней? – спрашивает у матери Колетт. – Врачи поставили диагноз?

– Предполагают менингит, но не на сто процентов, пока они не разобрались. Температура все поднималась и поднималась… Малышка не выдержала, – отвечает Жоржетта, растерев очередную слезу по щеке.

Колетт смотрит на крепко спящую сестру. Дыхание у девочки частое, веки нервно подергиваются.

– Умрет она, уйду и я. Хватит с меня стыдобы… Все эти деньги для Жана… Господь меня не любит. Добрый Господь меня ненавидит. Он заберет ее у меня.

Колетт потрясена. У матери в голове все путается. Жан, Даниэль, лотерея, болезнь. Девочка терпеть не может мать с того дня, как та выдала маркизу.

– О чем ты говоришь? – восклицает она громче, чем следовало. – Деньги не для Жана, они пойдут на оплату пансиона и учебы. Деньги ему не принадлежат!

– Похоронишь нас обеих в Кюрдене, на Лесной дороге.

– Даниэль не умрет… Не говори такое рядом с ней. Она нас слышит…

– Я чувствую, что она умрет. Ей всего три года, что она может понять?

– Прекрати!

– Ты мне грубишь. Всегда грубила.

Колетт не отвечает. Она подходит к сестре, целует ее в лоб. Часто ли она так делала с момента рождения девочки? Они никогда не были близки. Жану она тысячу раз давала соску, кормила его из бутылочки, а Даниэль на руки не брала. Девочка вся горит. Колетт касается ее волос и плачет горючими слезами, держит маленькую ручку в своей, смотрит на расхворавшуюся сестру и вдруг осознает, что куда сильнее сожалела о ягненке, которому должны были перерезать горло.

Колетт ничего не чувствует, она как будто оказалась в тысяче световых лет от малышки. Это ребенок, невинный и хрупкий, но Колетт она не мила. Неужели старшая завидует младшей из-за того, что мать так сильно ее любит?

Колетт думает, что похожа на свою родительницу: есть люди, к которым она ничего не чувствует. Душа Колетт опустошена, из глаз ручьем льются слезы. Мать тоже плачет. Внезапно пальчики Даниэль вздрагивают, она просыпается. Узнает сестру, и та чувствует себя чудовищем.

– Ты была больна, но теперь все в порядке. Ты поправишься.

Мать подбегает к хнычущей девочке, забыв о присутствии старшей дочери, и Колетт поворачивается к ним спиной.

Медсестры зовут врача, и он сообщает, что опасность миновала, но еще несколько дней пациентка проведет в больнице. «Мы хотим за ней понаблюдать…»

Колетт уходит не прощаясь.