На рейд Малого Тироша пришел долгожданный спецрейс из Пентоса.
Двухмачтовая каравелла «Золотой Кальмар» швартовалась у внутреннего каменного пирса под прицелом четырех тяжелых крепостных скорпионов.
Это был первый крупный транспорт снабжения после нашего тайного отхода две недели назад. Пока Безупречные во главе с новым сотником — безмолвным гигантом из Гиса, присланным Иллирио, — принимали швартовые, на сходни спустился доверенный приказчик магистра и передал мне опечатанный свинцом кожаный портфель с финансовыми ведомостями и разведывательной сводкой, а матросы начали выгрузку трюмов.
Я не ждал гор золота через четырнадцать дней — экономика так не работает. Но первые результаты запуска двух наших опытных мануфактур в портовом квартале Пентоса оказались более чем рентабельными.
На берег сгрузили три окованных железом ларца, в которых лежало тысяча двести полновесных золотых пентосийских монет и четыре пуда серебряных слитков — моя тридцатипроцентная доля от реализации первой промышленной партии девяностошестиградусного медицинского спирта-ректификата и пробной серии листового осветленного хрусталя. Наемные роты в Спорных Землях — «Вторые Сыновья» и «Гонимые Ветром», — ведшие очередную пограничную войну между Миром и Тирошем, скупили весь чистый спирт для своих полевых лазаретов в первый же день торгов по тройной цене.
Следом за деньгами и двадцатью ящиками с лабораторной стеклянной посудой, азотной кислотой, ртутью и селитрой из трюма под лязг цепей вывели живой груз.
Двадцать приговоренных к смерти каторжников и пиратов, выкупленных агентами Иллирио оптом из городской тюрьмы Тироша по цене пяти серебряных монет за голову. Закованные в ножные кандалы, остриженные наголо, они озирались на черные базальтовые скалы с тупым равнодушием висельников, которым отсрочили петлю ради работы в каменоломнях.
Замыкали процессию четыре гвардейца Иллирио, катившие на железной тележке обитый свинцовыми листами дубовый ящик с узкими вентиляционными щелями, и шедший следом невысокий, слегка сутулый человек лет пятидесяти в простом сером дорожном плаще с потертым кожаным саквояжем в руках.
Квиберн.
Я перехватил его взглядом прямо на пирсе. Спокойное, даже добродушное лицо провинциального лекаря, аккуратная седеющая бородка и удивительно живые, цепкие карие глаза.
Зная, что в это время года наемная рота Варго Хоута «Бравые Ребята» стоит лагерем в пяти лигах к северу от Мира в ожидании новых контрактов, я еще в день отплытия из Пентоса дал Иллирио точное задание: найти при обозе козлиного лорда лишенного цепи мейстера по имени Квиберн и выкупить его за любые деньги до того, как Тайвин Ланнистер начнет нанимать эссосский сброд для войны в Вестеросе. Сделка обошлась всего в сто пятьдесят золотых драконов и два бочонка медицинского спирта — Варго Хоут с радостью продал странного книжника, который вместо молитв по ночам копался во внутренностях умерших от горячки мародеров.