На внутренней стороне ее правого запястья краснела свежая полоска — вчера во время вечерней кормежки Визерион от нетерпения чихнул огненной слюной мимо щипцов. Но, как и у меня, валирийская генетика защитила глубокие ткани: на коже не было даже волдыря, лишь легкая гиперемия, которая к вечеру сойдет без следа.
— Они растут прямо на глазах, Визерис, — сказала она, глядя на то, как два маленьких хищника увлеченно вылизывают каменные миски с остатками крови. — Еще три дня назад Рейгаль не мог взлететь на эту тумбу без разбега, а сегодня перемахнул через весь двор с одного взмаха. Но они постоянно голодны. Если так пойдет дальше, через полгода нам не хватит овец на острове.
— Через полгода их кормовой базой станут рыболовные флотилии и скотные дворы наших должников, — ответил я, садясь на каменную скамью у теплого источника и жестом приглашая ее сесть рядом. — Доложи по бумагам, которые мы разбирали вчера вечером. Что ты вынесла из долговых ведомостей Королевской Гавани?
Дейенерис села рядом, выпрямив спину, как прилежная студентка на экзамене у строгого профессора. Ей нравились эти ежедневные разборы: впервые в жизни с ней разговаривали не как с безмозглой куклой для династического торга, а как с будущим соправителем, посвященным в закрытые механизмы управления государством.
— Корона Роберта Баратеона — банкрот, — четко отчеканила она, загибая тонкие пальцы. — Шесть миллионов золотых драконов общего долга. Три миллиона — Тайвину Ланнистеру, около двух миллионов — Железному Банку Браавоса, остальное — церкви Семерых, тирошийским картелям и дому Тиреллов. При этом мастер над монетой Петир Бейлиш увеличил таможенные сборы втрое, но реальные поступления в казну падают, потому что его люди разворовывают половину золота на этапе обмена и выдачи ссуд под проценты.
— Вывод? — спросил я, внимательно наблюдая за работой ее мысли.
— Вывод: как только Роберт умрет или начнет войну, тот, кто контролирует требования Железного Банка и поставки продовольствия в столицу, сможет удушить Королевскую Гавань голодом и бунтами черни без единого штурма стен, — ее фиалковые глаза блеснули холодным азартом. — А судя по тому, что ты рассказывал о бастардах королевы Серсеи и характере нового Десницы Эддарда Старка... война в столице начнется в ту минуту, когда Старк заглянет в родословные книги великих домов.
— Безупречно, — я одобрительно коснулся ее плеча. — Эддард Старк — идеальный катализатор хаоса. Честный, прямолинейный фанатик морали в логове циничных казнокрадов. Он обязательно попытается поступить «по совести» и тем самым подпишет смертный приговор и себе, и тысячам своих северян. Наша задача — не мешать им убивать друг друга и методично скупать их закладные через Пентос и Браавос.