— Фэн Лао, — заговорил один из них, широкоплечий урод с лицом, как у быка. Даже странно, что такой тупой громила был учеником у одного из самых изворотливых глав гильдии. — Старейшина вызывает тебя к себе.
Я усмехнулся, сложив руки на груди.
— Вызывает? — протянул я, качая головой. Похоже мне решили устроить проверку, чтобы понять насколько я действительно готов быть мастером. — Похоже ты неправильно понял его слова. Старейшина просит мастера-вора Фэн Лао почтить его своим визитом. Приказывать он будет тебе.
Они переглянулись, и в глазах широкоплечего мелькнул гнев. Идеально. Нет ничего лучше чем хорошая драка, чтобы выпустить пар.
— Перестань строить из себя важную птицу, крысеныш. — Один из них шагнул ко мне, но я уже видел, что он собирается сделать.
Рывок. Грубый захват за предплечье. Ошибка. Я же не мелкий лавочник, с которых он привык собирать дань.
Поворот корпуса. Идиот даже не подумал разжать хватку. И в это же мгновение его локоть оказался под моим контролем. Шаг назад и прежде чем он понял, что произошло, я дернул его вниз и в сторону. Раздался хруст — его рука сломалась, словно сухая ветка.
Рев боли ударил меня по ушам, но глупец не успел ничего сделать. Мои пальцы схватили его сальную гриву и в следующий миг у меня в руках оказался нож. Медленно, чтобы он успел все осознать я поднес клинок к его лицу.
— Дернешься, и у тебя станет на один глаз меньше, — прошептал я, глядя в расширенные от боли зрачки.
Двое других не двигались. Одно дело — напасть на меня втроем, другое — когда один уже корчится от боли, а у меня есть повод забрать его жизнь оставаясь в рамках уличных законов.
— Передайте Фу Шану, что я готов встретиться с ним, — я чуть сильнее надавил лезвием, и парень тихо заскулил. — Завтра вечером, в чайной, на территории матушки Юнь.
Похоже они все поняли и почтительно молчали. Усмехнувшись я швырнул парня в их сторону. Он рухнул на колени, стоная от боли, но не осмелился сказать хоть слово.
Любой скажет виноват сам. Поднял руку на мастера, а значит мастер в своем праве.
— И еще одно, — бросил я через плечо, прежде чем скрыться в темноте. — Если в следующий раз он захочет поговорить со мной, пусть пришлет людей поумнее.
Выкинув их из головы я шагнул домой, а ветер шептал мне на ухо «Время расправлять крылья…»
Я стоял на вершине башни, выше всех крыш Облачного города. Подо мной раскинулся лабиринт улиц, в которых сплетаются свет фонарей и тени переулков. Ветер несется между стенами, врывается в окна, треплет вывески, нашептывает скупые слова одиноким путникам. Здесь, наверху, он не просто гуляет — он живой. Я чувствую, как он огибает моё тело, ласково касается кожи, играючи подбрасывает полы халата.