взгляд словно ничего не видел и не сознавал. Похожий на лягушку сланн не замечал ни сцинков, ни ящериц и насекомых, снующих вокруг. Во сне для него были реальны только сны — сны, поглощавшие разум и заставлявшие кожу менять цвет и рисунок. За пределами физического измерения существовало множество иных, многие из которых ни один мозг не в состоянии воспринять, тем паче вообразить. Властитель Тлако’амоштли’уэман был одним из старейших в своем роде, существом, порожденным Древними для того, чтобы понимать эти измерения, видеть векторы Великой Математики и их влияние на высшие фазы. Гармония уравнений становилась все более сложной по мере того, как труды Древних уводили существование все дальше и дальше от всеобщего нуля до точки всеобщего распада. Возможно, Древним нужны были создания из плоти, дабы оценить влияние алгебры на низшие фазы, или, видимо, им требовались существа, подобные сланнам, чтобы понять, как низшие измерения могут отбрасывать частицы себя в измерения высшие, пытаясь избежать окончательного распада. Какова бы ни была логика сланнов, их мозг был устроен так, чтобы видеть арифметику, лежащую в основе всего сущего, и приводить в равновесие вычисления Древних. Но все пошло наперекосяк. В своих экспериментах Древние создали низкофазных существ с потенциалом разрушительного воздействия на высшие фазы порядка. Сущности этих созданий выражали себя в алгоритмах простых, но громадных численно, как бы бросая вызов их неизбежному распаду и аннигиляции. Слишком поздно сланны поняли, какое влияние оказывают эти массивы на высшие измерения. Слишком поздно Древние осознали нелогичность, заразившую тщательно спланированные векторы. Замысел Древних рухнул под воздействием постоянных фракталов — фракталов, которые были не просто отголосками жизни, но существовали в многомерных перемещениях. Их числовые значения не затухали, а увеличивались, добавляя в себя алгоритмы низкофазных существ. Под влиянием безумия этих постоянных фракталов уравнения, сотворенные Древними, были нарушены извращенной арифметикой. Древние, неспособные выстоять в своих ломаных векторах, пали жертвой злобы постоянных фракталов. Иногда Властитель Тлако почти ощущал смутные тени разрушенных векторов, преобразованных в постоянные фракталы. Такую дисгармонию не мог полностью понять даже маг-жрец. Были ли это обломки исходных векторов или просто новые фракталы, отлитые в подобие старых векторов? Сланн рассматривал один из этих постоянных фракталов. Омерзительное сочетание иррациональных чисел