испуганными клубками из шерсти и глаз свернулась целая стая кошек. Танкуоль зашипел на ближайшую, заставив плоскоухого полосатого зверька отпрянуть под трехногий стол. Кошка не отрывала от серого провидца встревоженный взгляд. Она взвыла, и этот дрожащий звук немедленно подхватили остальные. Серый провидец потер уши и рассудил, что впервые в жизни слышит столь омерзительные звуки. В комнате над подвалом раздался мягкий и одновременно пронзительный голос. Такой, насколько знал Танкуоль, обычно принадлежал старшим из производителей людей, которых сами человечишки называли женщинами. — Карл! Франц! Беатрис! Детки мои, что там внизу происходит? Взгляд Танкуоля заметался из стороны в сторону, присматриваясь к хламу в поисках новых врагов. Он успел сделать несколько глубоких вдохов, прежде чем понял, что человек обращается к своим потрепанным кошкам. Серый провидец стиснул зубы. После всего, что он выстрадал, после всего, чего он лишился сегодня, последним унижением было упасть на кучу этих воющих тварей! — Что за шум, детки? — снова крикнула женщина. Танкуоль услышал, как открылась дверь. В подвал упал маленький лучик света. Заскрипела лестница, и кто-то начал спускаться. — Что вы там делаете? Загнали крысу в угол? Губы Танкуоля раздвинулись, обнажив острые клыки. После всех схваток, наступлений и тактических отходов у него разыгрался лютый голод. Поедание жилистого мяса кошек было одной из немногих вещей, которые скавен находил слишком отвратительными, но вот старая самка-человек… — Не подходите близко к этой мерзкой крысе, детки, — проворковала женщина, торопливо спускаясь по ступеням. — Она может вас покусать, и вы заболеете, дорогие мои! Серый провидец Танкуоль закатил глаза. Он надеялся, что женщина хотя бы толстая. Возвращение в Скавенгниль обещало быть долгим, и ему нужно было чем-нибудь питаться по дороге. — У меня метла, сладенькие! — крикнула старуха, ступая на пол. — Я прихлопну эту старую крысу… Слова превратились в испуганное бульканье, глаза закатились, и она упала в обморок при виде жуткого существа, стоявшего у подножия лестницы. Танкуоль бесстрастно наблюдал, как тело старухи осело на землю. Склонившись над ним, он довольно зашипел сквозь зубы. Это была одна из самых упитанных особей, которых он видел последнее время. В длинном перечне того, что пошло сегодня не так, Танкуоль был рад любой крошке, украденной из кладовой Рогатой Крысы. По крайней мере, в Скавенгниль он отправится с полным животом. А к тому времени, как доберется, вероятно, успеет