— К остальным тоже не стоит.
— Рис, угомонись. Я просто мяса принес и собирался помочь с разделкой. — Никакой насмешки в голосе нага слышно не было.
— Я Наарис. Рисом меня могут называть только мои близкие, мама и мои женщины! — ого, какой собственник, а нас зачислили в родню и присвоили себе.
Но очень приятно.
— Начнем с того, что, как минимум, одна женщина здесь моя. И я принес ей еду. Согласно клятве, есть возражения, мелкий? — Не смотря на возраст Риса, разговаривал с ним старший наг, серьёзно, как с достойным противником.
— Есть, согласно клятве еду, вы должны были приносить сразу и в течение всего времени, а я вас тут за полторы недели не видел ни разу. Или вы так о ее фигуре печетесь?
А Рис-то, оказывается, та ещё язва ехидная.
— Наша вина, признаю, но будем исправлять. Вот начали уже.
— Фхх, не нуждаемся! Я в состоянии обеспечить едой своих близких. — Чего добивается этот мелкий змееныш?
А вот Раф, видимо, прекрасно понимал, потому что скрежет его зубов слышали даже мы. А ведь стояли не так чтобы близко. Но Раф подумал ещё совсем не долго, прижал руки к груди и склонил голову.
— Я признаю нарушение клятвы моим родом. Я признаю вину за своим родом. Наша жена в праве потребовать искупления от моего рода.
Теплый воздух прошёлся по рукам, по еле заметным синим полоскам в змеином браслете пробежалась рябь, а когда она исчезла, поверх этих полос появились темные руны. Но Раф ещё не закончил говорить.
— Позволишь ли ты, как взявший опеку на себя, принести пищу моей жене?
— Позволяю. — И Рис отошёл в сторону. — Тетя Миа, куда мясо нести.
— К фургонам, где костёр и каменные столы. Ох, всю ночь разделывать будем.
— Пойдем уже, кормилец ты наш. — Рис пополз вперёд, показывая дорогу.
А я смотрела ему вслед и улыбалась! Ах, ты мелкий продуман! Зная законы и обычаи своего народа, сейчас он заставил Рафа признать за родом синих долг. Нарушенная наполовину клятва, признанный долг… Вот ещё бы у него и черного получилось прижать.
Умный мальчишка растет. Интриган, но благородный. И благодарный, не развращенный, не испорченный, знающий чувства любви и признательности.
Как хорошо, что в нем проявилась магия, и парнишку не продадут в какой-нибудь бордель и не отдадут, под видом женитьбы, какой-нибудь дряни.
Переглянувшись с девочками, мы взяли с кухни всякие принадлежности, и пошли к фургонам. Ещё в первую ночь мы решили, что здесь у нас будет хозяйственный двор, здесь рядом с природным карнизом, мы выставили фургоны буквой "Г", один конец которой упирался в горы. Доделав под карнизом опоры и коновязь, мы застелили полы мягкой корой от использованных веток, чтобы у наших лошадок отдыхали и не мёрзли копыта от стояния на голых камнях. Лошади эти прекрасно переносили перепады погоды, за что и ценились владельцами караванов. Сейчас они днём паслись, а на ночь возвращались обратно.