Вместо ответа Хранитель протянул мне контактное щупальце. Его конец был обрублен, а место ранения уже заросло буграми от рубцов. Кто-то в этом зале ему подрезал язык. То есть это другая костяная тушка, а не тот, кто встретил меня вначале. И через вирал кресла, как я ранее понял, его общение ограничено. Ему даже больно. Это я уже знаю от него.

— Понял. То есть мне идти вниз по указанному тобой пути? Найти этого димортула?

Снова жест, копирующий большой палец.

— А где все? И что с твоим виралом случилось?

Щупальца, подобно рукам, расходятся в стороны. Понятно, что он и сам ничего не знает. Весело. И что меня ждёт снаружи? Но за церебралы, что бы на них ни было, знание ульмов — спасибо ему. Бессловесная тварь, но он мне помог. Пусть и по-своему.

Когда я выгреб из ниши небольшой набор ульмов и подошёл к двери, до меня вдруг дошло. Хранитель напуган и не знает, что творится снаружи. И это не какой-то искин, а живое чувствующее существо. Некто, кто заперт в этом… В этом здании допустим. И вместо рук, ног и глаз у него эти костяные жуки, что привязаны каждый к своему залу. Кто же создал этот безумный мир? И почему здесь нет других цветов? Может, всё-таки это у меня что-то со зрением?

Подхожу к двери и прикладываю один из чагсов к мягкому месту на стенной панели. Диафрагма привычно расходится, открывая взгляду небольшой тамбур. Делаю шаг вперёд, затем оборачиваюсь и замираю.

Хранитель выставил аж шесть своих щупалец, которые были сложены в знакомый жест с оттопыренным пальцем. Комок подкатил к горлу, но я успеваю показать ему большой палец в ответ. Кто ты такой и почему так мне помог? Именно помог. Осознаю свою ошибку — это разумное существо, но загнанное из-за своего положения в сильно ограниченные рамки. Почему-то я уверен, что он ранее был на моём месте, только участь у него сейчас хуже смерти — быть прикованным к этим залам.

Диафрагма сомкнулась, а я просто сел на пол у стены. Нужно было перевести дух и подумать. Столько всего навалилось в плане информации. Голова до сих пор немного в тумане. Даже хотел использовать ульм с особым стимулятором. Только понимание, что потом будет откат от применения, притом очень жёсткий, останавливает меня. Да и шприцев этих у меня мало. Пара противоядий, пара регенераторов и несколько стимуляторов.

Главное, что я пытаюсь сейчас сделать, так это попытаться вспомнить хотя бы те вещи, которые я привычно использую для обозначения местных предметов. Искин, стимулятор, интерфейс — мне знакомы эти слова, примерное значение, но я не вижу образов, которые стоят за ними. Как только я пытаюсь погрузиться глубже, понять, что это такое, то острая боль мгновенно пронзает виски и затылок. Будто специально.