— Готовы? — спросил меня и Владимира Петрова судья матча, который и сам не ожидал такой развязки.
— Давно, — буркнул я.
— Ненормальные, — тихо пролепетал Петров.
И тут же шайба из ладони Никульцева словно живая прыгнула на точку. Одно мгновенное движение и вот черный резиновый диск от меня отлетел к Юре Фёдорову. Он быстро перевёл шайбу на правый борт Куликову. Саша Куликов, на которого выкатился Владимир Петров, после высокого замаха вернул её обратно Фёдорову. А я тем временем, толкаясь с гренадёром Жлуктовым перед воротами Третьяка, мысленно завопил: «Навесь твою дивизию! Время! Времяяя!». Но Юрий Фёдоров швырнуть с кистей в направлении меня или Алексея Мишина тоже не смог, его очень активно принялся прессинговать Борис Михайлов.
Поэтому пас пошёл в левое закругление на Влодю Ковину, а большая стрелка на табло начла отмеривать последние секунды встречи. И только тогда Ковин нежно набросил шайбу на пятак, где скрестили свои клюшки два армейских игрока обороны Лутченко и Цыганков, плюс гренадёр Жлуктов, который по задумке Локтева должен был держать меня двумя руками и никуда не пускать, а так же я и физически мощный наш капитан Алексей Мишин.
Поэтому шайба буквально застряла среди наших богатырских тел и принялась метаться, теряясь из вида. И вдруг мне улыбнулась фантастическая удача. Шайба сама прыгнула на крюк моей клюшки, и я её, словно теннисной ракеткой, чуть-чуть подбил вверх. Нанести сильный и акцентированный удар мне не давал прилипчивый гренадёр Жлуктов. Но и этого нежного шлепка хватило, чтобы шайба перелетела ловушку Владислава Третьяка и опустилась в сетку ворот.
За лицевым бортом мгновенно загорелся красный фонарь. Прогудела финальная сирена. Народ на трибунах притих, а вся наша горьковская ледовая дружина заблажила единственное слово: «Гооол!». После чего хоккеисты других звеньев, старший тренер, врач, администратор и массажист всыпали на ледяное поле.
— Даааа! — орал я, прыгая на месте и обнимая всех подряд.
— Победааа! — голосили остальные парни.
А московские армейцы медленно, понурив головы, поползли к своей скамейке запасных. Наконец на табло высветился окончательный счёт в матче — 5:6 в пользу нашего героического горьковского «Торпедо».
После эпической битвы с ЦСКА я почти пять минут сидел в раздевалке лужниковского дворца спорта и без единого движения смотрел в одну и ту же точку. Толи от нервного напряжения последних секунд встречи, толи от возраста, который скоро должен был перевалить за двадцатидевятилетний рубеж, у меня не осталось ни моральных и ни физических сил, чтобы стянуть мокрый от пота свитер, защитную амуницию и отправится в душ. Молодёжь тем временем весело болтала, обсуждая, чем занять себя этим вечером в ресторане гостиницы «Россия». Старший тренер Валерий Шилов высказывал какие-то претензии администратору Иосифу Шапиро. А врач команды Олег Фадеев втирал жутко пахучую мазь в больное плечо нашего ветерана Александра Федотова. Количество мелких ушибов и повреждений у хоккеистов команды за последние дни в разы увеличилось.