Имперец удовлетворенно улыбается, делая шаг в сторону.

— Господин, — как ни странно, в его голосе нет ни намека на подобострастие.

Я достаточно хорошо знаю Моритаса, чтобы определить, что он считает вошедшего равным себе, а все расшаркивание — лишь игра. Тем приятнее было озвучить язвительное замечание:

— Даже ты оказался просто шавкой на поводке, Моритас, — выплюнул я скопившееся давно раздражение. — Когда-то лучший из нас стал простым слугой.

Воздушник ответил презрительным взглядом, но не словом, не успел, как раз в этот момент в камере появился третий. Мужчина, низкий, полноватый и лысый — это все, что я мог сказать. Дорожный плащ скрывал одежду, а лицо было мне совершенно незнакомо. Мужчина смотрел на меня спокойно, легкой улыбкой выражая свое превосходство.

— Солрэн Раган, — голос, принадлежавший мужчине около тридцати, не из числа военных, скорее какой-то лизоблюд, с явным вэллиским акцентом позволил внести уточнения. — Последний из Рода Раган, — добавил он в конце, будто вспомнил о какой-то мелочи.

Кулаки сами сжались, а тело машинально чуть наклонилось, переходя в боевую стойку. Нет, не потому что я готов был атаковать, но… Это значило что угодно, в том числе и то, что остальные… выжившие члены моей семьи сменили род. Эта насмешливая ядовитая интонация так и подначивала ответить этому человеку заклинанием в лицо. Однако я сдержался, но не потому, что превосходивший меня по силе Моритас успел среагировать и уже хотел либо ставить щит, либо отбросить ударом в стену, просто сдержался.

— Собственной персоной, — гордо подняв подбородок ответил я, скрывая за этим движением промелькнувшее в голове.

Лысый удовлетворенно кивнул, сразу приступив к делу:

— Не буду ходить вокруг да около. Я хочу, как можно быстрее покинуть это место, — интонация в его голосе изменилась, выдавая нетерпение и каплю брезгливости. — Так что слушай и не перебивай. У тебя есть шанс обрести свободу за одно выполненное задание. Сделаешь — империя забудет о твоем существовании, чистый лист, новая жизнь. Нет — сюда уже не вернешься, будь уверен. Согласен?

Это плохо. Когда нанимают на работу, разговаривают совершенно иначе. Это больше напоминает билет в один конец, но сейчас это реальный способ выбраться из камеры, остальное не важно.

— Что нужно делать? — холодно спрашиваю я, пока отодвигая все сторонние мысли.

— Если согласен, назад дороги нет. Получаешь задание и идешь выполнять, никакие отказы не принимаются, — решил зачем-то пояснить очевидное имперец, кем бы он ни был. — Согласен или нет?

Киваю: