— Не общаюсь я с ними. В голове как бы сами собой появляются знания, и я точно знаю, от кого они. Это как наваждение, не знаю, как объяснить. Только поначалу мне как бы объяснили, что мне хотят помочь, чтобы род не прервался.

— А на каком языке? — тут же спросил князь.

Вот блин, опять накаркал.

— Не могу ответить на этот вопрос. Вот сейчас у меня в мыслях внезапно возникло понимание, так же как было с дедом Вахтангом, как надо ответить на этот вопрос.

— И как? — не удержался Князь видя, что я замялся.

— А на каком языке разговаривает Господь на Божьем суде?

Все, аут. Князь явно выпал в осадок и не знал, что сказать.

Он немного подумал и спросил:

— А что сказали предки для дяди Вахтанга?

Я сделал вид, что смутился, и ответил:

— Послали они его. Но я тогда не знал, что я ему передал, это мне позже объяснили значение.

— А для меня ничего не передавали? — с какой-то запредельной надеждой спросил Багратион

Я внимательно на него посмотрел и про себя подумал: ' нет, посылать ещё и князя будет перебором. Ну его нафиг играть в такие игры, ещё ляпну что-нибудь не то, разгребай потом'.

Поэтому я покачал головой и коротко ответил:

— Нет, ничего.

Странно, но князь расстроился и в то же время обрадовался. Не знаю, чего он ждал, но, похоже, я правильно сделал, что не стал ничего выдумывать.

Собственно, на этой ноте наш разговор закончился. Неожиданно снова начал моросить дождик, поэтому мы дружно собрались и отправились домой.

В итоге моя жизнь здесь с приездом отца практически не изменилась, разве что маму стала уделять мне меньше внимания мамы, а так все то же самое.

Интерлюдия

— Ты был прав, дядя Вахтанг, сын у меня действительно развит не по годам. Разговаривая с ним, я постоянно чувствовал себя неуютно. Особенно когда про торговлю заговорили. Он просто поставил меня в тупик встречным вопросом.

— Ну это он любит — неудобные вопросы задавать. Мне другое интересно: про память предков вы говорили?

— Я поспрашивал, но там непонятно все. Умом понимаю, что неоткуда у пятилетнего ребёнка взяться этим всем его знаниям, да и поведение у него совсем не детское. Но вот принять не могу. Знаешь, что он мне ответил, когда я спросил, на каком языке он общается с предками? А ответил просто, сказал, что он с ними не общается, просто находит у себя в голове партию советов и знаний и при этом точно знает, от кого они к нему пришли. И ещё так спросил: а на каком языке говорит Господь, когда решает, кто достоин рая, а кто нет? Я не нашёлся, что ответить, но теперь я понимаю, что без предков у сына и правда не обошлось.