Да Ланг кивает и принимает строевую стойку.

— От имени капитана — приглашаю вас подняться на борт!

Всё, формальности соблюдены, теперь — я официальный гость капитана.

Ну, поскольку ожидать того, что сам капитан проявит ко мне хоть какой-то интерес, было бы совершенно наивно, передаю принесённый подарок встречавшему. Уж он-то наверняка точно знает — куда и как им распорядится!

Так оно и оказалось.

Да Ланг понимающе кивнул, сразу оценив то, что я ему вручил.

Трофей — и к бабке не ходи! Было совершенно очевидно, что это произведено не здесь — бутылок ёмкостью 0,7 литра я на Данте не встречал!

Топаем по коридорам, спускаемся, поднимаемся… и передо мной, наконец, распахивается дверь каюты. Здесь несколько человек офицеров и среди них старший кормовой офицер корабля. То есть, все приличия соблюдены, можно пить чай…

С него, разумеется, всё и началось. Хотя и мой подарок был торжественно вручён старшему офицеру и признан вполне соответствующим моменту. Ну, слава Богу… а то, признаться честно, я малость волновался… не настолько же мы в курсе всех местных обычаев?

Но, как впоследствии выяснилось, этим я только подтвердил и укрепил свою репутацию. Боевой офицер, участник рукопашных схваток и успешных рейдов — трофеи-то откуда?

Это, уже после дружеской посиделки, мне пояснил один из офицеров, взявшийся меня проводить.

Он, как и я, не с корабля — служит в управлении капитана порта. И выслушивая его неторопливый разговор, всё больше и больше убеждаюсь в том, что идея пригласить меня на посиделки — это что угодно, но не инициатива команды корабля!

Это, если говорить прямо, аналог наших «молчи-молчи»!

Вот это здрасьте… И что теперь делать-то?

Он, по-своему, прав.

Официальных причин пригласить меня на «дружеский» разговор у местной «конторы» (как уж она там, у вайнов, обзывается…) пока нет. И палить свой ко мне интерес они точно пока не хотят.

Но поговорить — надо!

Вот и изобрели, так сказать, повод…

— Понимаю вас, любезный Ми Лар… боевому офицеру скучать на транспортнике… это не совсем то, чего вам, наверняка бы хотелось! Ведь так?

— Да, любезный Дей Монг, вы тут совершенно правы! Но… — развожу руками. — Ранение было весьма серьёзным! И лекари распорядились однозначно — год на земле! Вы представляете⁈ Меня, боевого офицера — и вот так, списать на сушу⁈

Согласно местным обычаям, в определённых случаях слово лекаря может быть равно слову капитана! Особенно, если это касается боеспособности корабля!

А вот на руку мне сейчас играет тот факт, что единого учёта офицеров (не говоря уж о хорнах…) на Данте не имеется. Известны всем лишь имена капитанов — которые, в своём большинстве, являются ещё и владельцами собственных кораблей. Оттого и состоят на особом учёте.