— Эм… С учётом твоей внешности и этих крыльев, «Ангел» звучало бы намного более гармонично, — делюсь своим видением ситуации.

— Кхм… Спасибо, — ей явно стало неловко, а мелькнувший за спиной у девушки Флэш показал мне большие пальцы, выражая одобрение подкатом, и вновь вернулся на свою позицию. — Но как-то уже сложилось «Орлица» … — продолжила меж тем крылатая леди.

— Никогда не поздно сменить стиль… — клянусь, ей бы очень пошёл белый цвет и что-то свободно-воздушное с мини-юбочкой…

— А это нормально, что твой парень отвешивает комплименты другой девушке? — тихонько спросил Хэл у моей серокожей чародейки.

— Она действительно очень красива, — не повела и бровью Рейвен, в очередной раз доказав, что она — идеальна, — и имя «Ангел» ей бы очень подошло, ведь ангелы — это прежде всего воины, о чём почему-то людьми принято забывать, — дополнила она информационной справкой.

— Ты же не видишь её лица? — непонятно зачем начал спорить Зелёный Фонарь. Хотя, скорее всего, это была чисто мужская попытка разобраться в логике женщины.

— … — в ответ Рейвен молча повернулась к Орлице, встретилась с ней взглядом, потом леди дружно посмотрели уже на парня в зелёном костюме как на дурачка, и, вздёрнув бровку, моя прелесть выдала: — Серьёзно?

— Ладно-ладно, я был не прав! — мигом всё понял Джордан, поднимая руки в жесте капитуляции.

— И всё-таки, — влез Флэш, — ты правда сломал ноги Лексу Лутору⁈

— Да, — вздохнув, продолжил путь я.

— Но ведь он тебя создал⁈ — не унимался спидстер под очень заинтересованным взглядом Кларка.

— Меня создал другой он. Они похожи внешне, но и разница заметна. Лекс Лутор, которого я видел в лаборатории, где появился на свет, имел зелёные глаза, иную форму носа и губ, а также менее выраженные надбровные дуги.

— Но почему тогда ты с ним встретился?

— Потому что он мог не оказаться кретином-мудаком? — стараясь передать голосом весь объём должного ехидства, отвечаю парню.

— А?.. — уже готов был задать новый бестактный вопрос Флэш, но тут его прервали:

— Тихо! — скомандовала Диана.

— Мы на месте, — более развёрнуто изложил мысль Марсианский Охотник.

И действительно, через несколько шагов поворот привёл нас в центральный узел фабрики или что-то вроде, так что разговорам пришлось завершиться, ибо настало время ломать сложное, важное и сто процентов чертовски дорогое оборудование. Ну мы и принялись ломать. И опять ломать. А потом, да-да, снова ломать: консоли, силовые кабели, непонятные проекторы и установки. Финальным аккордом стало разрушение некой силовой колбы с каким-то минералом внутри. После того, как означенный минерал был вытащен из той… штуки, где находился, раздался странный звук, что-то между звоном и шипением, и свет, который до этого обеспечивался люминесцентными стенами и потолком, стал гаснуть.