— Инструкции оставлены. Если что… собирайте совет и действуйте по обстановке.

В кубрике находились лишь старожилы. Те, на кого он мог положиться, как на самого себя. И кто смог бы вывести команду со станции. Седов покачал головой:

— Право твое, но надо было сначала дождаться приезда группы с СС 26.

— Они здорово сей год задержались, — задумчиво произнес Карелайнен. Ему откровенно не нравилась затея кэпа и то, что здесь не было Фаткулина.

— Леша, ты еще не понял, что они не приедут? Ранняя весна, а время просрочено. Не странно ли?

Все замолчали. Командир озвучил то, что боялись сделать остальные. Так поэтому он их командир. Потому они сейчас и приняли его решение. Иначе быть не может.

— Василий, мне, получается, готовить технику на выход? — первым разорвал вязкое молчание их механик Ингвар Мядель.

— Правильно понимаешь, Ингвар. Так что слушайте мою команду, — все тут же оживились, понимая, что все как обычно для их командира продумано заранее до мелочей. — Как только я вернусь, буду пробивать срочный выезд к двадцать шестой. Выход к реке мы проверили, препятствия нашли, команда вошла в форму. Медлить не стоит.

— Правильно. Если у соседней серьезные проблемы, то у нас все лето впереди.

— Думаешь, Администрация разрешит?

— Не думаю, — отрезал Фролов. — Поставлю перед фактом. Они слишком долго не учитывали наше мнение. Инженерный отдел нас точно поддержит.

— А Набиев?

Вопрос Карелайнена не застал командира врасплох.

— Он идет в жопу. Это вне компетенции его отдела. Будет возникать, мы столько всего из его грязного белья наружу вытряхнем!

Василий в этот раз шел вниз один. Ну, если не считать наблюдателей и помощников «снизу». Понятно, что командир СпаСа не такой дурак, чтобы идти к цели напролом. Но проблема перезрела, так что придется поучаствовать самому. У него и так было ощущение, что он что-то постоянно упускает и никуда не успевает. Как в том повторяющемся без конца ночном кошмаре.

Командир отряда спасателей шел вниз в обычной униформе технического персонала. Все было честно. Техники значились и в их отделе Внешних сношений. Даже наряд, подписанный самим Соболевым, на руках имелся. И командировочное удостоверение. Такой бюрократизм был уместен при длительном спуске. Он гарантировал тебе место в рабочем общежитии и кормежку. Внизу специалисты с разных уровней зачастую работали вахтами или во время краткосрочных командировок. Так что никто не удивится новому технику.

Показав на выходе с уровня рабочую бирку, Фролов вышел к спуску. Они специально подгадали так, чтобы в это время здесь работали полисы из новичков. Поэтому мордатый паренек в сером лишь мазнул по нему глазами и сверил бирку с его планшетом. Затем просто кивнул в сторону выхода, вежливо добавив: