— Места искать уметь надо! — коротко хохотнул Фролов и скомандовал. — Грузим все на волокуши. Кроме помеченных мною лично. Те в кузов главной машины. Они в официальную декларацию не войдут. Всем все понятно?
Глаза «выходящие» с любопытством мерцали из-за прозрачных масок, но все молчали. Чего тут непонятного? Это фонд отряда для обмена. Их командир все-таки принял новые правила игры. Наверное, и к лучшему. Василий же никому не скажет, откуда у него появилась ценная информация. Ведь им сюда еще не раз заходить.
«Все-таки хреновые сыщики у Центуриона. За столько лет не прикоснуться к таким ценным слухам. Которые на поверку вовсе оказались не слухами. Сколько же работников строительного лагеря оказалось внутри СС 25 незаконно?»
Честно говоря, полученная через доверенных лиц информация поставила больше вопросов, чем дала ответов. Но и малому стоит радоваться. После такого удачного рейда Директора наверняка откроют отряду зеленую дорогу. Василий уже ожидал хвалебный вой со стороны инженеров и механиков. И он не отказался бы еще от одного рабочего буксира. Неясные предчувствия обуяли командира спасателей с недавнего времени.
Как будто ему стоило готовиться к нечто совсем необычному. С тем, чем до сей поры они ни разу не сталкивались. И у Василию казалось, что страшное сей раз находится внутри станции. Но где? С какой стороны ждать удар?
— Откуда у них появился такой непревзойденный сервис?
Пожилой человек с непривычной для станции длинной седой бородой с недоумением трогал и рассматривал чашки и блюдца из тончайшего фарфора.
— Сказывают, что «выходящие» нашли забытый склад снаружи.
— Столько лет ничего не находили и тут нате вам…
Худощавый, но еще крепкий старик обратил ехидный взгляд в сторону Пастора.
— Ты сам хоть раз снаружи бывал? Промзона — это настоящий клятый лабиринт. И при хорошей удаче там можно найти хоть черта.
— Прохор! Не забывайся!
— Ну как же, — бывший техник Купола присел в шутливом полупоклоне, — ваше святейшество не терпит присутствия рядом конкурента.
Тот, кого на СС 25 называли Пастором, зло ощерился. Но Прохору, его деснице он мог простить многое. Слишком давно они вместе. Так давно, что и не упомнить. Парии эсозданного катастрофой странного мира, осознавшие себя далее.
— Не верю я в совпадения. Сначала Фролов проявляет неожиданную для него активность. Ходит по уровням, встречается с непростыми людьми. А затем буквально во время первого же выезда обнаруживает кучу артефактов. Сколько позже ео бойцов выходило наружу?
— Разом по три бригады. Все пять наличных буксиров в деле использовали, — охотно ответил пронырливый Прохор. Для бывших сослуживцев он был лишь очередным Мерчем.