Заметив в одном из дворов старушку, бодро собирающую граблями опавшие листья в кучку, устремился к ней, заранее вытащив из кармана удостоверение.

— А ты к кому будешь, корреспондент? — спросила меня словоохотливая бабулька.

— Тут должен проживать такой Журов, он работал, кажется главным инженером.

— А, этот, — женщина резко поскучнела, поджав губы, похоже, особых дружественных чувств к пенсионеру не питала, — Поздно приехал.

— Это почему? — я удивился.

— Так помер он, полгода, как похоронили, а дом дочке отошел.

— А где он жил? — мне бы дом узнать, что хозяина уже нет, меня вполне устраивает.

— Вон там, — бабка небрежно ткнула рукой на видневшийся неподалеку скромный домик, — Только нет там никого.

— А как бы мне с новой хозяйкой пересечься? — я пытался установить контакт, аж голова зудеть начала, но старуха оказалась каменной, ни в какую не поддавалась.

— В понедельник приезжай, она обычно к вечеру бывает, а телефон я не знаю, — совсем уже сухо буркнула тетка и развернулась, полностью утратив интерес к разговору.

М-да, вот и поговорил. Но, впрочем, нужную информацию получить удалось. Я подошел к низкому забору, совершенно не скрывавшему вид на участок. Соток шесть, наверное, есть, а может и больше. Дом довольно скромный, в один этаж, но добротный, стены по диагонали обшиты узкими досками. Для столицы шикарная недвижимость, да и место хорошее. Хм, может, просто залезть внутрь, да упереть кресло? Нет, не стоит, лучше попытаться выкупить мебель. Завтра как раз понедельник, вот вечером и подъеду, а с утра рядом с высоткой поищу автомобиль Толкачева.

Ну, что, теперь нужно ехать на вокзал за вещами, да искать место для ночлега, пока времени достаточно. Спать на кресле в зале ожидания — последнее дело. Не высплюсь, а только измучаюсь.

Возвращаться на Панфиловскую не стал, судя по моим записям в блокноте, мне отсюда ближе дойти до станции Сокол. Тут всего-то и надо перейти улицу Абовяна и немного пройти по ленинградскому проспекту. Теперь по зеленой линии метро доеду до пересечения с кольцевой линией, а там пересяду на Белорусской и доеду до Казанского вокзала.

Повезло, что сейчас не час пик, да еще и не выходной — метро не переполнено, есть возможность с комфортом посидеть. На Кольцевой даже задремал в вагоне, все же в самолете постоянно просыпался, да и встал очень рано.

— Хр-фр-рский вокзал, — хриплый голос из громкоговорителя вырвал меня из сна.

Я подскочил, рванул в распахнутые двери. Поднялся на поверхность — что-то не то, более того — все не так. Похоже, я куда-то не туда приехал. Придется у народа спрашивать.