– Прости! – выдыхаю я, отставляя панически кружку с горячим американо на столешницу. Взгляд находит полотенце, и я хватаю его. – Сейчас всё исправим!
Бегу к раковине, открываю холодную воду, а через секунду, я уже прижимаю мокрую ткань к рубашке Кречетова. Еложу по нему, мешая ему расстёгивать пуговицы. Но я в шоке. Хочу помочь, но, кажется, только мешаю.
– Угомонись, Дёмина, – бурчит Кречетов. – Отойди!
– Но я… я сейчас.
Замечаю пятно и на его брюках, опускаюсь ниже, протирая некрасивые коричневые разводы. Кречетов же наконец избавляется от своей влажной, грязной рубашки. Откидывает её на спинку ближайшего стула, а я просто тру его брюки... в районе паха.
И сначала я это делаю с отчаянным желанием помочь человеку, которому я так жизнь подпортила, а потом до меня доезжает, что ситуация как-то странно меняется. Вот как бы было там не так… внушительно.
– Чёрт… – выдыхает Кречетов сквозь зубы, будто ему сложно разговаривать. – Ты меня доконаешь, девочка.
Я застываю. Рука всё ещё лежит ясно теперь на чём. Поднимаю медленно глаза к его лицу. К щекам мигом приливает жар от понимания, что я ему натёрла там до состояния полной боевой готовности.
А ещё мой взгляд попутно фиксирует очень красивые рельефы его мужского тела. Мышцы пресса, мощная грудная клетка, плечи, бицепсы, трапеция. И этот умопомрачительный аромат его тела и лёгкого парфюма.
Я сейчас сойду с ума окончательно.
Низ живота отзывается спазмом, который мне вообще сто лет в обед не сдался. Ноги подкашиваются, сердцебиение ускоряется до первой космической скорости. Я дышу поверхностно, рвано и смотрю на него. Такого же взъерошенного, такого же тяжело дышащего.
Он опускает затуманенный взгляд на мои губы.
– Я… я не хотела, – шепчу я.
– Но факт в том, что ты делаешь это, Дёмина. Постоянно делаешь. И я не понимаю, как, чёрт возьми, с этим бороться.
Кречетов перехватывает меня за талию, и рывком впечатывает в холодильник, который стоит к нам ближе всего. Он прижимается ко мне своим перепачканным влажным телом. Моя рука оказывается плотно зажата между нами. Я теперь намного отчётливей чувствую… всё.
– Невыносимая, – рычит он тихо, наклоняясь ко мне. – Дерзкая. Ненормальная. Дикая. Ты просто одно сплошное недоразумение.
Кречетов трётся об меня. Его горячее дыхание опаляет мои губы. Моё тело отзывается на каждое его движение, но… сознанием я ловлю все его хлёсткие, обидные слова. Считает меня дурочкой с переулочка.
– Я не такая, – возмущённо шиплю я.
– Именно такая, Дёмина, – хрипло произносит он. – Я хочу тебя.
Господи. Я краснею. И с ужасом пониманию, что тоже этого хочу. Что уж себя обманывать? Он ужасный босс. Он отвратительно самоуверенный, наглый, да ещё и ставит меня постоянно в неловкие ситуации.