Глядя на всё происходящее, я не раз мысленно благодарил дядю Гену, предусмотрительно создавшего такой тренировочный комплекс. Места хватало на всех, а усиленные артефактами стены с достоинством выдерживали взрывную мощь схваток одарённых (хотя совсем уж убойные техники никто в спаррингах не использовал).

Во всём этом изнуряющем тренировочном ритме совершенно неожиданно было столкнуться с флиртом сперва со стороны Адды, а затем и со стороны Риты. Девушки явно оказывали мне гораздо больше внимания, нежели раньше (хоть и раньше я им тоже не был обделён). И тут пришлось делать выбор… Хотя чего уж, выбор очевиден — с моими тренировками мне сейчас уж точно не до подобных развлечений.

Кстати, среди прозрачных намёков обеих дамочек проскакивали и вполне серьёзные вопросы. Адду всё так же интересовало, что я думаю насчёт Дружинников. Это неудивительно. А вот то, что то же самое спрашивала и Рита, мне показалось странным.

— Всё потом, всё потом, — отвечал я девушкам.

Минувшие пять дней мне показались целой вечностью. Но нельзя сказать, что я рад внезапно завершившимся тренировкам.

Всё началось с фразы Гоблина, вскользь брошенной за ужином:

— Илья, заглянешь ко мне?

И уже через десять минут в своём кабинете он протянул мне запечатанный конверт без опознавательных знаков.

— Сегодня привезли в мой офис и устно попросили передать тебе в руки, — пояснил Оглоблин, наливая коньяк в стакан.

Не медля ни секунды, я разорвал конверт и достал сложенный втрое лист бумаги. Развернув его, увидел выведенные каллиграфическим почерком строчки:

'Приветствую, Илья Фридрихович. Был бы рад встретиться с вами лично, но, к сожалению, не имею возможности. До меня дошёл слух, что вы не признаёте своей вины и утверждаете, что моего отца убил другой демон и его оборотень. А также то, что член нашей общины, Мелькин Леонид Фёдорович, сотрудничает с убийцами. Знайте, я верю вам. Но сделать могу мало. Разве что сообщить, что не все в общине слепо верят Леониду Фёдоровичу. Многие сомневаются, но боятся задавать вопросы и противиться. Пусть официально глава я, реальная власть и сила в его руках. И единственный способ что-то изменить — на глазах у всей общины вызвать Леонида Фёдоровича на Суд Крови. Он не сможет отказать. Признаюсь, я сам бы хотел это сделать, но опять же, увы, это не в моих силах. Поэтому прошу о помощи вас. Подумайте. И знайте, что двенадцатого августа в 20−00 в Ардяле соберутся практически все члены общины. Ресторан забронирован, лишних глаз или ушей не будет.

С уважением Бладинский В. Б.'