Я посмотрел в сторону указующего перста.

— А что, бинокль никто из вас не взял? — ехидно спросил Катрин.

— Подумал, что крепость совсем близко, — смущённо ответил я.

От бревенчатого укрепления в сторону ближайшего леса неторопливо ползли три чёрные точки.

Проклятье! Ни черта не вижу! Скоро уйдут!

Я резко повернулся к сыну и отрывисто спросил:

— Сможешь рассмотреть?

Известный своим прекрасным зрением Бернадино ненадолго прикрыл глаза, легонько помассировал подушками пальцев веки, медленно открыл их и, чуть подав голову вперёд, пристально посмотрел вдаль.

— Угу-м… — густо пророкотал он, настраиваясь. — Так-так-так… Двое парней примерно моего возраста и один dude постарше, он хромает. У него крупный нос… Он опасный. Все сильно загорелые, в национальной одежде с плохо читаемыми узорами и короткой бахромой, взрослый лысый, как бильярдный шар, на затылке пёстрая бандана… Возле деревьев стоят три мопеда: один серебристо-серый, другой чёрный, а третий с ободранной краской… не разберу. Хорошие мопеды, падре! И у всех за спиной большие луки! Настоящие индейские луки!

— Чего-о? — не поверил я. Нет, конечно, мы в Аризонщине, но не так же сразу!

— Вот этого нам только и не хватало! — уже традиционно простонала начальница.

— Да нормально, Катя, не нагнетай раньше времени, — поморщился я. — Пальбы-то нет.

— Ты же слышал?

— Щелчок или треск, это не точно.

— А дым?

— Да он почти угас. Сейчас разберёмся.

— Ага, ну ты тогда скомандуй, будь добр, когда мне можно будет нагнетать…

— Нормально будет, — повторил я упрямо. — Дино, отложи ружьё и возьми ППС. Катя, садись за руль.

Зараза, пока что нет ни единого признака, что этот чёртов Форт-Уингейт обитаем. На радиовызовы обитатели форта раз за разом не откликались. Попробовал менять стандартные фиксированные частоты, бесполезно. Непонятно, отчего загорелась дверь амбара, но дальше огонь по обмазанному глиной дереву не пошёл. Неужели подожгли зажжённой стрелой? Настороженные царившей вокруг тишиной, мы подъехали к высоким двустворчатым воротам.

Я с силой надавил на доски плечам, крикнул и снова надавил. Нет, ворота надёжно заперты изнутри. Над ними висела широкая, чуть вогнутая сплошная доска из доброго ствола с выжженной надписью. Ну да, это Форт-Уингейт… Тогда какого рожна?

В целом строение напоминало мне типичный енисейский острог или острожное зимовье, которые, начиная с XVI века, массово возводили по берегам великих северных рек. Только размером поменьше. Хотя для зимовья, в котором хранилось в ожидании сдачи немалое количество мягкой рухляди, самое то.