— А еще что можно? — спросил Кирилл с затаенным интересом. — И что это за круги такие?
— А тебе это зачем? — подозрительно спросил его волшебник. — Ешь и спать ложись. Тебе эти знания все равно без надобности.
— Так интересно же, — обиженно протянул Кирилл. — Вот представь, живу я себе обычной жизнью, а тут, бац! Волшебники, фаерболы и охренительная возможность сдохнуть через неделю, подарив свое тело спятившему от одиночества старому хрычу со стойкой импотенцией. Представь, ну как мне умереть в неведении? Я же от любопытства даже раньше помру, чем ты меня прикончишь.
— Спать! — рявкнул колдун, и свет в камере стал приглушенным.
Кирилл провалился в темноту, и ему снова снилась всяческая дичь. Только в этот раз ему привиделась обнаженная Наталья, которая лежала на рабочем столе, и призывно улыбалась. Она шептала:
— Кирилл! Кирилл! Ну, иди же ко мне! Возьми меня! Купи мне двушку на Кутузовском и Порш Кайен не старше трех лет, и я вся твоя! Я озарю твою никчемную жизнь своей любовью и лаской, мой милый!
— Я иду к тебе, любовь моя! — шептал во сне Кирилл, придвигаясь к Наталье с самыми решительными намерениями.
— Нет-нет, любимый, — жарко шептала она. — Только после регистрации права собственности на квартиру!
— Может, предварительный договор подпишем? — сказал Кирилл, сгорающий от страсти. У него после Ленки никого не было, и, видимо, это изрядно напрягало молодой и здоровый организм.
— Нет-нет, я на такое больше не ловлюсь, мой милый, — с обожанием в голосе ответил персональный менеджер и любимая женщина в одном лице. — Только стопроцентная предоплата, мой герой!
— Ах ты, шкура проклятая, — крикнул обозленный Кирилл и выстрелил ей в голову из указательного пальца. — Вот так! — сказал он, обозревая дело своих рук. — Так не доставайся же ты никому!
Пробуждение случилось мгновенно, как и в прошлый раз.
— Что снилось, Кирюша? — спросил его участливо Готфрид Готлибович, проверяя, насколько туго затянуты ремни. — У тебя на редкость задумчивый вид.
— Да чушь какая-то бессмысленная, — искренне сказал Кирилл.
— Да? Странно! — удивился дед. — Обычно после обретения сил само Провидение посещает нас во снах, даря бесценные подарки, каждому что-то свое. То, что ему видится в самых смелых мечтах. Это же одно из незыблемых Правил. Но ты, как я и думал, полный неудачник. Ты шлак, Кирюша, ты магические отходы. Сила и Судьба против тебя. Спать!
Пасс руками. Темнота. Боль.
Пьер Дюбуа очнулся в своей квартире на окраине Брюсселя. Ему же все приснилось, посетила Пьера счастливая мысль. Тот ужас, что он пережил в том подвале — это же просто сон. Уф, хорошо-то как! Он целую неделю сходил с ума от безумной боли, когда ненормальный вивисектор вытворял с его телом что-то совершенно невообразимое. Он орал от невыносимых мук, он плакал и визжал, а эта сволочь только ухмылялась. Он даже потерять сознание ни разу ему не позволил, и Пьер помнил все, до последней секунды. Ведь тот вырезал его собственное сердце, и пересадил ему сердце жирафа. Тьфу! Приснится же подобная гадость! И Пьер вприпрыжку помчался в туалет, потому что мочевой пузырь недвусмысленно намекал, что пора бы его и опорожнить. Понимание молнией пронзило его, когда он осознал, что он держит рукой что-то, что не могло ему принадлежать по определению. Он опустил взгляд вниз и увидел гордо вздыбленный утренней эрекцией член конских размеров. Значит, все это было не во сне, это было на самом деле! Пьер упал в обморок.