Следом за ними, один за другим, из-под земли начали появляться мои воины. Сначала юркие ратлинги, которые тут же рассредоточились, занимая позиции в подворотнях и на крышах нижних этажей. Затем молчаливые «Ястребы», которые двигались с отточенной грацией хищников, их винтовки были уже наготове. А за ними, со сдавленным матерным шепотом, начали вылезать огромные фигуры орков, чьи глаза горели в темноте голодным огнём предвкушения. Замыкали шествие гномы, которые на руках, как драгоценность, вытаскивали свои разобранные игрушки.
Мы действовали быстро и слаженно, как хорошо отлаженный механизм. Пока «Ястребы» и орки блокировали выходы из переулков, гномы, взобравшись на крыши, уже собирали пушки, наводя их на главную площадь и стены герцогского замка.
Наконец, один из часовых на стене замка, превращённого в штаб-квартиру заговорщиков, видимо, задремавший на посту, заметил какое-то неестественное движение внизу, в тенях. Он протёр глаза, не веря им. А потом его лицо исказилось от ужаса.
Запоздало, срываясь на панический визг, завыл сигнальный рог тревоги. В замке зажглись новые огни, послышались крики, лязг оружия. Со скрипом, как будто нехотя, начали закрываться массивные дубовые ворота замка, обитые железом.
Но было уже поздно…
Запоздалый, панический вой сигнального рога резанул по ушам, утонув в гулкой тишине ночного города. За ним, как цепная реакция, последовали другие, срываясь на истеричные, дребезжащие ноты. В окнах герцогского замка, до этого тёмных и спящих, начали хаотично вспыхивать огни. Заскрипели давно не использовавшиеся механизмы, и массивные дубовые ворота, обитые железом, медленно, с мучительным стоном, начали закрываться.
— Поздно, — пробормотал я, наблюдая за этой суетой из тени собора, который стоял напротив замковой площади. Мой голос утонул в лязге оружия и приглушённых командах офицеров, которые уже разводили бойцов по позициям. — Слишком поздно, господа заговорщики.
Запертый в собственной крепости, столичный гарнизон метался в панике. На стенах, как муравьи в растревоженном муравейнике, бегали фигуры с факелами. Офицеры, разбуженные тревогой, с лицами, опухшими от сна и вина, выбегали на парапеты, пытаясь разглядеть что-то в темноте и орали противоречивые, бессмысленные приказы. Солдаты, сонные и напуганные, спешно хватали оружие, выстраиваясь во внутреннем дворе. Они ожидали штурма, классического, с лестницами, таранами и боевыми выкриками. Ожидали врага снаружи, но он уже был внутри их уютного, безопасного мирка. Вспомнился старый прикол: это не вас заперли со мной! А меня с вами!!