— Всё так, — кивнул ему. — Мы победили, заставили их умыться кровью, показали, что мы не лёгкая добыча, выиграли время, чтобы укрепить оборону, наладить производство, обучить новобранцев. Но это только первый раунд. И мы его выиграли с огромным трудом, на пределе сил, с чудовищными для нас потерями.
Я спешился и подошёл к телу эльфийского мага. Его дорогие одежды изорваны, лицо искажено предсмертной гримасой. На груди у него висел странный амулет, чёрный, гранёный кристалл, который, казалось, поглощал свет. Я нагнулся и сорвал его
— Что это? — спросила Урсула.
— Не знаю, — ответил я, разглядывая артефакт. — Но я уже видел такие у тёмных. Что-то мне подсказывает, это ключ к их магии управления чудовищами. Если мы поймём, как это работает, мы сможем найти их слабое место.
Я спрятал кристалл в подсумок.
— Собирайте такие штуки, — приказал я. — И всё необычное. Книги, свитки, амулеты. Всё, что может дать нам нужные сведенья.
Мы провели на поле боя ещё несколько часов. Я делал пометки на карте, отмечая сектора, где наша оборона была наиболее эффективной, и те, где мы понесли самые большие потери. Анализировал тактику врага, его сильные и слабые стороны.
Когда мы возвращались, солнце уже стояло высоко. Туман рассеялся, и поле боя предстало во всей своей омерзительной красе. Но я уже не чувствовал ни тошноты, ни ужаса. Только холодную, злую решимость. Они вернутся, я это знал. Но и мы будем ждать, в следующий раз цена их атаки будет ещё выше, я это гарантирую…
Очередным утром молча подошёл к карте, расстеленной на большом столе. Она была вся в пометках, красных и синих стрелах, кружках, обозначавших зоны поражения. Красивая картинка, которая не передавала и сотой доли того ужаса, что творился там, снаружи.
— Что с врагом? — спросил я, не оборачиваясь.
— В лагерь вернулись разведчицы Лиры — ответил Эссен. — Основные силы отходят на север, к старому тракту. В полном беспорядке, арьергарда практически нет. Они бросили всё, осадные машины, обозы, потихоньку оставляют раненых.
— Урсула где?
— В лазарете, помогает раненым. Хотя ей самой не помешает помощь.
Я кивнул, это хорошая новость. Непокорная и яростная, но за своих парней она стояла горой. Вот и сейчас демонстрирует полное единение с Ордой, добровольно переведя себя в санитары.
— Гром?
— Пытается утихомирить своих. — Эссен замялся, — Они рвутся в погоню, хотят добить остроухих.
— Передай Грому, — отчеканил я, — никакой самодеятельности. Никакой погони! Мы слишком обескровлены, один контрудар, и от нас ничего не останется. Преследование, это задача для Лиры и её девочек. Пусть висят у них на хвосте, режут отставших, наводят панику. Наша задача удержать то, что мы отвоевали.